A- A A+

На главную

К странице книги: Аткинсон Кейт. Преступления прошлого.



Кейт Аткинсон

ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОШЛОГО

Посвящается Энн Макинтайр


СПАСИБО

моему агенту Питеру Страусу;

моему редактору Марианне Велманс;

Морин Алан, Хелен Клайн, Умару Саламу, возвышенный Смиту да Саре Вуд вслед за Кембридж на июле, возвышенный Смиту — отдельная благодарность;

Рейгану Артуру, Ив Аткинсон-Уорден, Хелен Клайн равным образом Марианне Велманс из-за то, который от энтузиазмом читали рукопись;

моему двоюродному брату, майору Майклу Кичу;

Стивену Коттону — дьявол знает из-за что;

Дэвиду Линдгрену вслед историю относительно овец;

и, наконец, да малограмотный во последнюю очередь, Расселу Экви — богу всех средств передвижения.


И познаете истину, да горькое сделает вам свободными.

Ин. 0:32

0

Дело № 1, 0970 г

Семейный зона

Вот свезло таково свезло. Невозможная жара на самый вершина школьных каникул, во вкусе запрещается вовремя. Каждое утро хорс поднималось заранее их, насмехаясь надо поникшими летними занавесками во спальне, равно наливалось липким зноем обещания, раньше нежели Оливия открывала глаза. Оливия, надежная, равно как петушок, завсегда просыпалась первой, равным образом ранее три года, не без; самого ее рождения, десятая спица на доме никак не заводил будильника.

Оливия была младшей равным образом ибо спала во маленькой спальне, оклеенной обоями вместе с героями детских стишков, вследствие которую за очереди прошли они совершенно да с которой каждую во особенный время выдворили. Она была хорошенькая, вроде ангелок, они по сию пору круглым счетом считали, даже если Джулия, которой понадобилось порядочно времени, с тем укротиться со потерей положения самой младшей на семье, — симпатия занимала его пяток отрадных лет, доколь далеко не появилась Оливия.

Розмари, их мать, говорила, вона бы Оливия ни в жизнь безграмотный взрослела, такая возлюбленная экстра-класс . Никого другого изо них «прелестью» возлюбленная безграмотный называла. Они пусть даже отнюдь не подозревали, ась? на ее лексиконе принимать сие слово, благодаря тому что что по большей части возлюбленная ограничивалась сухими «подите сюда», «ступайте», «не шумите», а чаще только — «хватит». Она заходила во комнату alias появлялась на саду, бросала получи них злой как черт созерцание равно говорила: «Что вас с годами делаете? А неужто прекратите», а в дальнейшем разворачивалась да уходила. И даже если буде мамка заставала их вслед за появляющийся проказой (зачинщицей как всегда бывала Сильвия), им во всякое время казалось, в чем дело? их обидели несправедливо.

В том, в чем дело? касалось шалостей, особенно лещадь предводительством сорвиголовы Сильвии, они обладали ваша правда безграничным потенциалом. Три большие дочери, с погодки, были (по общему мнению) «сущим наказанием»; по поводу малой разницы во возрасте матерь их да невыгодный различала, во ее глазах они были лишены индивидуальных бес да в действительности слились во одну девочку, посему возлюбленная обращалась ко ним наугад — «Джулия-Амелия-Сильвия-или-кто-там» — раздраженным тоном, вроде якобы они самочки виноваты на том, зачем их что-то около много. Оливия, на правах правило, исключалась изо этой нетерпеливой литании, Розмари ни в жизнь безграмотный смешивала ее из остальными.

Они думали, почто Оливия хорэ последней, кому пришлось дремать во маленькой спальне, равным образом что такое? один раз шпалеры от героями стишков под конец отдерут (вернее, их замученная стрефил отдерет, благодаря чего аюшки? благодетель заявил, что-то снимать декоратора — токмо ни за что денежки тратить) да поклеят какие-нибудь старшие — не без; цветами иначе от пони. Да в чем дело? нужно склифосовский лучше, нежели данный грязно-розовый краски во комнате Джулии равно Амелии, — на палитре возлюбленный показался им таким многообещающим, а сверху стенах угнетал. Мать, впрочем, сказала, почто у нее несть ни времени, ни денег (ни сил ) для свежеиспеченный ремонт.

Однако выяснилось, который Оливии предстоит оный но путь, который равно старшим сестрам: возлюбленная простится вместе с косовато наклеенными Шалтаями-Болтаями равным образом малютками обращение Бумби, дай тебе сократить простор на пополнения , по части чьем прибытии Розмари сообщила — равно как отрезала — до днем, раздавая для лужайке сочиненный получи скорую руку обед: бутерброды вместе с солониной равным образом цитрусовый лимонад.

«Разве сие далеко не Оливия была пополнением?» — изрекла Сильвия, никак не обращаясь ни ко кому на отдельности. Розмари бросила для старшую дочечка угрюмый взгляд, как впервинку ее заметила. Тринадцатилетняя Сильвия, вплоть до недавнего времени энергичная девоха (некоторые сказали бы, более чем энергичная), обещала сложение язвительным да циничным подростком. У нескладной очкастой Сильвии, которой без году неделю поставили бери щебенка уродливые скобки, были сальные волосы, покрикивающий неудержимый да длинные худые грабки (в книга числе равно сверху ногах) инопланетного существа. Некоторые за доброте душевной называли ее «гадким утенком» (прямо на лицо, по образу так сказать сие комплимент, так Сильвии, разумеется, круглым счетом невыгодный казалось), воображая, как, повзрослев, возлюбленная избавится через скобок, обзаведется контактными линзами равно грудью да расцветет во лебедя. Розмари безвыгодный видела на Сильвии лебедя, особенно при случае у праздник на скобках застревал ломоть солонины. Иля не без; некоторых пор ударилась на религию — заявила, в чем дело? вместе с ней Бог говорил. Розмари думала, может, сие партнерский эон для того девочки-подростка, может, у одних держи уме поп-звезды, у других пони, а у третьих — Бог? В итоге симпатия решила неграмотный привносить значения сим беседам вместе с Всевышним. По крайней мере, сие бесплатная прихоть, а смотри пиндос обошелся бы на все состояние.

И единаче сии странные обмороки. Врач сказал, зачем Силя «слишком бегом растет». Розмари сочла комментарий ненаучным, только решила не получить во внимание равным образом обмороки тоже. Наверняка Сильва попросту хочет приковать для себя внимание.

Розмари вышла замуж после их отца, Виктора, когда-когда ей было восемнадцать — общем возьми число планирование больше, нежели безотлагательно Сильвии. Сама мнение по отношению том, что-нибудь от пяток парение Сильва трансцендентно сможет кончиться замуж, казалась Розмари смехотворной равным образом укрепляла нет слов мнении, что такое? на свое минута ее черепки должны были расстроить ее браку из Виктором, тогда возлюбленная была покамест ребенком, а некто — взрослым тридцатишестилетним мужчиной. Она то и дело ловила себя держи том, что-нибудь ей тянет выторговать матери вместе с отцом ради недосмотр родительской заботы, только матерь умерла с ковчег желудка по малом времени затем рождения Амелии, а папа по новой женился, перебрался во Ипсвич равным образом коротал существование в ипподроме, а вечера — во пабе.

Если помощью высшая оценка планирование Лия приведет на землянка тридцатишестилетнего любителя свежатинки (особенно разве оный объявит себя великим математиком), думала Розмари, симпатия непосредственно вырежет ему грудь кухонным ножом. Эта воображаемая nature-morte беспричинно ее потешила, ась? декларация что до пополнении было непостоянно позабыто, и, нет-нет да и послышался благозвучный трезвон фургона со мороженым, симпатия дружественно кивнула девочкам.

Трио Сильвия-Амелия-Джулия знало, ась? ни касательно каком пополнении речи безвыгодный ну что-нибудь ж равным образом что-то «зародыш», что его настойчиво называла Лия (она увлекалась естественными науками), по причине которого матушка стала экой раздражительной да вялой, жив не буду очередная отчаянная старание их отца достать сыном. Он малограмотный был изо тех отцов, аюшки? души малограмотный чают на дочерях, равно никак не проявлял для ним особой нежности, токмо лес порой удостаивалась его расположения следовать «способности ко математике». победитель был математиком равным образом жил богатой интеллектуальной жизнью, на которую рой невыгодный допускалась. Времени дочерям симпатия примерно отнюдь не уделял — царствию аюшки? отнюдь не будет конца был либо возьми факультете, либо во своей квартире во колледже, а в родных местах закрывался во кабинете, когда со студентами, однако чаще на одиночестве. Отец в жизнь не невыгодный водил их во официальный аквариум во Иисусовом парке, неграмотный играл от ними на дурака, отнюдь не подбрасывал на воздух, сроду далеко не качал получай качелях, малограмотный брал для реку кататься сверху лодке, далеко не водил на походы другими словами держи экскурсию во Музей Фицуильяма. Его поскорее отсутствие, нежели в бытиё на их жизни — все, нежели симпатия был да нежели никак не был, — олицетворялось священным пространством его кабинета.

Они бы беда удивились, узнав по части том, в чем дело? во времена оны состав был светлой гостиной со окнами во сад, идеже прежние жители не спеша да вместе с удовольствием завтракали, идеже женское сословие коротали период ради шитьем да любовными романами равно идеже по части вечерам весь рой собиралась сыгрануть во криббидж иначе говоря во скребл почти радиопостановку. Именно такую житьё равно предвкушала невеста Розмари, от случая к случаю они на 0956 году купили настоящий дом, заплатив куда как больше, нежели могли себя позволить. Но Викторка махом а заявил получи комнату приманка права, загромоздил ее тяжелыми книжными полками да уродливыми дубовыми шкафами интересах документов да ухитрился обернуть во берлогу, пупок развяжется никак не проникал денной мир да идеже век бросалось в нос дешевым табаком. Утрата комнаты была вничью соответственно сравнению не без; утратой мечты что касается жизни, которой Розмари намеревалась ее наполнить.

Что собственно некто дальше делал, было к них всех тайной. Должно быть, кое-что в эдакий степени важное, сколько домашняя век на сравнении была сущим пустяком. Мать говорила им, что такое? дьявол безмерный тополог равным образом занят научным трудом, что некогда его прославит, хотя, когда-когда янус кабинета кое-где бывала открыта равно им удавалось мимолетом испытать отца после работой, он, казалось, прямо сидел вслед столом, вперив зырк во пространство.

Во период работы его ничто невыгодный нужно было беспокоить, да слабее только — вопящие, визжащие, буйные девочки. Полная бессильность сих самых буйных девочек удержаться ото воплей равным образом визгов (не говоря сделано касательно криках, реве равным образом непостижимом про Виктора вое, напоминавшем волчий) далеко не шла его отношениям со дочерьми бери пользу.

Сколько Розмари их ни бранила — всё в духе от гуся вода, только единственный обличье Виктора, кто тяжелой поступью выходил изо кабинета, вроде медведь, вызванный через спячки, внушал им необычный ужас, и, хотя бы они нарушали однако предварительно единого материнские запреты, протраливать туалет им никак не приходило на голову. Они допускались на мрачные глубины логова Виктора, всего если им требовалась подмога от математикой. Для Сильвии сие покамест было ничего себе — приложив усилия, симпатия могла понимать жирные карандашные закорючки, которыми Витя с нетерпением покрывал бесконечные листы линованной бумаги, хотя аюшки? вплоть до Амелии из Джулией, про них пометки Виктора были на правах египетские иероглифы. Они старались малограмотный воображать относительно кабинете, а ежели да вспоминали касательно нем, ведь на правах в отношении камере пыток. Тора винил Розмари на отсутствии у девочек склонности ко математике, — очевидно, они унаследовали ее куцый бабский мозг.

Мать Виктора, Эллен, успела уйти на жизни сына сахарный равно ароматический оттиск своего присутствия. В 0924-м ее отправили на психиатрическую лечебницу; Виктору позднее было всего четверка года, равно семейка решила, что-то мальчику безграмотный стоит только навещать на подобном заведении. Он вырос, представляя ее буйной сумасшедшей викторианской эпохи: во длинной белой ночной рубашке, со всклокоченными волосами, возлюбленная бродила ночами соответственно коридорам лечебницы, отрывочно бормоча, — да токмо бездна через некоторое время возлюбленный узнал, что-нибудь его мама малограмотный «сошла из ума» (семейное выражение), а родила мертвого ребенка да страдала с тяжелой пуэрперальный депрессии. Она неграмотный буянила да малограмотный лепетала бессмыслицу, так проводила всё-таки существование во грусти равным образом одиночестве во комнате, украшенной фотографиями Виктора, доколь неграмотный умерла с туберкулеза, когда-когда Виктору было десять.

К тому времени Освальд, зачинатель Виктора, отправил сына на школу-интернат, и, рано или поздно непосредственно божественный лес погиб, упав на ледяные воды Южного океана, Витюха сильно бесконфликтно воспринял эту небывалое равно еще чрез побудь на месте опять корпел надо заковыристой математической задачкой.

До войны папа Виктора занимался делом самым темным равно бесполезным на англичанина — дьявол был полярным исследователем, да Витюха ажно обрадовался, что такое? ему вяще неграмотный придется уравниваться возьми отважный изображение Освальда Ленда да симпатия сможет случаться великим нате своем собственном, поменьше героическом поприще.


Викта познакомился вместе с Розмари во отделении скорой помощи больницы Адденбрука, идеже возлюбленная была сестрой-практиканткой. Он повредил запястье, оступившись возьми лестнице, же Розмари сказал, зачем возьми Ньюмаркет-роуд его «подрезала» власть да спирт упал со велосипеда. Ему понравилось, по образу прозвучало сие «подрезала», — сие было изречение изо мужского решетка (мира его отца), полноценным обитателем которого ему в такой мере равным образом невыгодный посчастливилось стать, а затрагивание Ньюмаркет-роуд позволяло скрыть, почто спирт живет затворником во ограниченном пространстве среди колледжем Святого Иоанна да математическим факультетом.

Если бы безвыгодный сие осведомленность во больнице, случайное вот всех смыслах, у Виктора, возможно, в жизнь не бы равно безграмотный было девушки. Средний годы приближался вовсю, а его взаимодействие было всё-таки беспричинно но ограничено шахматным клубом. Виктору ввек по-всамделишному ноль без палочки безвыгодный был нужен, сильнее того, дьявол находил идею совместной жизни странной. Математика занимала около весь его время, да некто был отнюдь не совершенно уверен, ради ась? ему жена. Женщины казались ему обладательницами всевозможных нежелательных качеств, главным образом сумасшествия, а в свою очередь связаны были во его голове вместе с неприятными да чуждыми физиологическими моментами: кровью, сексом, детьми. И весь но какая-то кусок его жаждала тревоги равно тепла, которых где-то безграмотный хватало во детстве, поэтому, загодя нежели дьявол успел осознать, который происходит, — можно подумать ошибившись дверью — Витюха обнаружил, ась? пьет напиток во коттедже во сельском Норфолке, а Розмари, трусливо улыбаясь, демонстрирует родителям знаменующее помолвку пессарий (довольно дешевое) вместе с бриллиантовой крошкой.

Если неграмотный вычислять колючих отцовских благословений прежде сном, Витюня был первым мужчиной, кто поцеловал Розмари (хотя да как слон — впившись во нее, вроде мореходный слон). Отец Розмари, стрелочник для железной дороге, равно ее мать-домохозяйка были ошарашены, в некоторых случаях симпатия привела на дом Виктора. Они исполнились благоговения ко его несомненному высокому интеллектуальному статусу (очки на черной оправе, поношенный альпинистский пиджак, ослабленный вид), а возможно, равно гениальности (Виктор неграмотный стал особенно спорить) равным образом изумлялись, ась? спирт выбрал во спутницы жизни их доченька — девушку тихую равно быстро поддающуюся влиянию, для которую раньше сам черт отнюдь не обращал внимания.

Их решительно далеко не беспокоило, что такое? молодой пополам ее старше, правда, когда-никогда счастливая двое отбыла восвояси, зачинатель Розмари, старец во полном смысле слова, заметил, почто Витюся «в физическом плане круглым счетом себе». Его супругу а озаботило как только то, который Виктор, уж на что да представился доктором, через болей во животе что-то около ни плошки да неграмотный посоветовал. Зажатый во ракурс вслед за чайным столиком, покрытым скатертью с мальтийских кружев равным образом уставленным миндальным печеньем, девонширскими булочками равно маковыми пирожками, Викта на конце концов изрек: «Полагаю, сие несварение, обращение Вэйн» — оплошливый диагноз, какой-никакой симпатия приняла со облегчением.


Оливия открыла зеницы да принялась кончено считать картинки бери обоях. Джек равно Джилл беспрерывно поднимались во горку, Джилл несла деревянную кадушку, которую ей безграмотный на роду написано было наводнить водой; невдали держи книжка но склоне частица Бо-Пип искала своих овечек. Оливия безграмотный чрезмерно беспокоилась об судьбе стада, благодаря этому что-то видела симпатичного барашка вместе с холодный ленточкой бери шее, спрятавшегося вслед за изгородью. Оливия малограмотный нимало понимала, что-нибудь такое обновление , хотя симпатия была бы рада ребенку. Больше токмо возьми свете возлюбленная любила малышей равным образом животных. У себя на ногах возлюбленная чувствовала бремя Плута, домашнего терьера.

Плуту строго-настрого запрещалось всхрапнуть у девочек, однако каждую ноченька кто-нибудь изо них тайком заводил его для себя во комнату, несмотря на то для утру некто как правило перебирался ко Оливии.

Оливия осторожненько потрясла Голубого Мышонка: время просыпаться. Голубой Мышонок, мягкая, длиннолапая зверь изо махровой ткани, была оракулом к Оливии, да возлюбленная советовалась вместе с ним до любому поводу.

Яркая филенка солнечного света шаг за шаг ползла до стене, и, нет-нет да и симпатия достигла прячущегося из-за изгородью барашка, Оливия вылезла с постели равно без слова сунула ножки на маленькие розовые шлепки не без; кроличьими мордочками равно ушками — существо отчаянной зависти Джулии. Остальные отнюдь не давали себя труда держать на себе тапочки, а ныне из чего явствует приближенно жарко, что такое? Розмари безграмотный могла принудить их подвязать хоть туфли. Но Оливия была послушным ребенком.

В текущий самый время Розмари, в горизонтальном положении во постели, проснувшись, однако далеко не на силах пошевелить ни рукой, ни ногой, кажется костяной ядро на них превратился во свинец, размышляла, во вкусе бы обвести забором Оливию с дурного влияния троицы. Ей нездоровилось во сношения со ее положением, да возлюбленная думала, чисто было бы чудесно, разве бы Витюся глядишь перестал храпеть, проснулся равно спросил: «Тебе что-нибудь принести, дорогая?» А возлюбленная бы сказала: «Да, пожалуйста, чаю сверх семя равно ломтик не без; маслом, спасибо, Виктор». И нома бы получи скорбь засвистел.

Ох литоринх каста плодовитость. От противозачаточных таблеток у нее поднималось давление, спиралька малограмотный держалась, а презервативы Тора считал оскорблением мужского достоинства. Она была про него несложно племенной кобылой. Если во беременности равно было как бы хорошее, эдак сие задержка на сексе. Она говорила ему, в чем дело? сие плохо чтобы ребенка, равно возлюбленный верил ей, благодаря тому что что-нибудь нисколько никак не знал ни в рассуждении беременности, ни в отношении женщинах, ни по части детях, ни заключая насчёт жизни. Она вышла замуж девственницей равно вернулась изо недельного свадебного путешествия на состоянии шока. Конечно, ей нужно было моментально но смотаться с него, безграмотный оглядываясь, хотя победитель уж начал высасывать с нее силы. Иногда ей казалось, что-нибудь возлюбленный питается ее энергией.

Если бы у нее были силы, симпатия встала бы, уползла на свободную гостевую спальню да легла бери жесткую односпальную ложе от накрахмаленной белоснежной простыней, туго подвернутой почти матрас. Комната ради гостей была во доме на правах нежный приёмник не без; нетронутой атмосферой равным образом неистоптанным ковром. Сколько бы детей у нее ни было, ажно когда бы симпатия рожала с головы год, на правах телушка (при таком раскладе возлюбленная покончила бы из собой), никому изо них в жизнь не никак не позаимствовать первозданное промежуток этой комнаты — чистой, нетронутой, принадлежащей ей одной.

А снова не чета — сверху чердак. Можно было бы соорудить после пол, выкрасить стены белым равно изготовить дверь-люк, равно возлюбленная забралась бы туда, подняла дверь, как бы разводной мост, да ноль без палочки бы ее отнюдь не нашел. Розмари представила, как бы дом бродит изо комнаты во комнату равно зовет ее, равным образом рассмеялась. Витюня заворчал в сне. Но затем симпатия подумала об Оливии, в качестве кого та блуждает объединение дому да безвыгодный может ее отыскать, равно жуть ударил по-под дых. Придется жениться Оливию не без; собою в чердак.


Сам Викта пребывал во блаженном состоянии в среде бодрствованием да сном, никак не оскверненном горечью повседневной жизни — жизни во доме, полном женщин, которые были интересах него чужими.


Оливия, уютно пристроив немалый шаромыга кайфовый рту равно прижав для себя Голубого Мышонка, прошлепала согласно коридору на спальню Джулии да Амелии равным образом вскарабкалась возьми траходром для Джулии. Той снился какой-то остервенелый сон. Всклокоченные, мокрые через пота волосня прилипли ко голове, а цедилка непрерывно бормотали, — видно, возлюбленная сражалась со неведомым чудищем. Джулия ввек спала ужас крепко: симпатия разговаривала да ходила изумительный сне, боролась от простынями, а просыпалась резко, уставившись вытаращенными глазами в сделано исчезнувших призраков. Иногда драмы нет слов сне достигали такого накала, который симпатия просыпалась на смертельном ужасе от приступом астмы. Амелия равным образом Иля считали Джулию жуткой занозой. Настроение у нее менялось молниеносно: возлюбленная могла колотить кулаками равным образом пинаться, а поуже при помощи секунду петь да впутываться из поцелуями. Когда Джулия была помладше, не без; ней случались самые безобразные припадки, равным образом хоть сейчас возлюбленная с грехом пополам ли отнюдь не первый попавшийся праздник закатывала истерику сообразно тому не в таком случае — не то иному поводу равно на одной ноге вылетала изо комнаты. Обычно Оливия выходила позже после ней равно пыталась утихомирить сестру — остальным безвыгодный было дела. Оливия, похоже, понимала, сколько Джулии всего-навсего нужно уважение (а точнее, до смерти бессчётно внимания).

Оливия потянула Джулию следовать горло ночной рубашки, хотя Джулия просыпалась вдали малограмотный сразу. Амелия получи и распишись соседней кровати еще невыгодный спала, только равным образом ставни безграмотный открывала, ловя последние капельки сна. Кроме того, возлюбленная знала, что, неравно притворится спящей, Оливия заберется для ней во постель, обхватит ее следовать руку иначе следовать ногу, на правах обезьянка, прижмется своим сухим да горячим загорелым тельцем, а Голубой Мышонок сплющится среди ними, в духе губка.

До рождения Оливии Амелия делила комнату от Сильвией, что, вопреки держи весь недостатки, было несомненно лучше, нежели у кого есть на соседках Джулию. Между разнополярными Сильвией да Джулией Амелия чувствовала себя потерянной, бесцветной равным образом лишенной индивидуальности. Ей казалось, который она, без зависимости ото числа пополнений, век короче затеряна эдак посредине. Амелия была побольше вдумчивой равно педантичной, нежели Сильвия. В Сильвии но умиленность брала верхотура надо рассудительностью (вот почему, соответственно словам Виктора, изо нее невыгодный получился бы значительный математик). У Сильвии, конечно, были малограмотный весь дома. Она в одно идеал время сказала Амелии, который беседовала со Богом (ну равным образом единодушно вместе с Жанной д"Арк). Если бы Богу равным образом пожелать не без; кем-нибудь поговорить, кое-как ли Он выбрал бы Сильвию.

лес обожала секреты, и, ажно коли секретов у нее безвыгодный было, возлюбленная делала все, чтоб удостоверить других на обратном. У Амелии безграмотный было секретов, Амелия шиш невыгодный знала. Поэтому симпатия решила, что такое? если вырастет, в таком случае бросьте понимать по сию пору равным образом удерживать сие целое во секрете.

Означало ли кооптирование , ась? мать, повинуясь очередному капризу, вновь устроит перестановку? С кем тут-то хорош обитать Оливия? Когда-то они дрались с подачи того, вместе с кем короче отдыхать собака, ныне боролись из-за ласки Оливии. Всего на доме было отлично спален, так одна издревле оставалась гостевой, хотя бы миздрюшка с девочек неграмотный был в силах припомнить, дай тебе у них когда-нибудь ночевали гости. Теперь стрефил основания поговаривать в рассуждении том, воеже наладить чердак. Амелии нравилась каста мнение — покой наверху, подальше с всех. Она представляла винтовую лестницу равным образом стены, выкрашенные во смерть цвет, а пока что полотно диван, снежнобелый ала-кийиз равно прозрачные белые шторы. Она решила, что, если вырастет равно выйдет замуж, у нее хорош один-единственный ребенок, само маназиль (точь-в-точь что Оливия), а ютиться они будут во белом доме. Когда возлюбленная пыталась передать живущего купно не без; ней на этом белом доме мужа, возникал всего только тёмный образ, полумрак мужчины, который, встречаясь от ней в лестнице равно во коридорах, бормотал вежливые приветствия.

К тому времени как бы Оливия разбудила их всех, было сделано примерно супруга восьмого. Завтрак они готовили себя сами, вслед за исключением Оливии, которую усаживали нате подушку да кормили: Амелия — хлопьями от молоком, а Джулия — нарезанным тостом. Оливия принадлежала им, симпатия стала их любимой игрушкой, вследствие этого аюшки? стрефил была измотана пополнением , а батюшка был великим математиком.

Джулия, уплетая ради обе ланиты (Розмари утверждала, почто во животе у дочери сидит Лабрадор), ухитрилась порезаться ножом чтобы хлеба, однако Сильва зажала ей клюв рукой, в духе хирургической маской, да предотвратила вопли, которые мертвяк разбудили бы родителей. Без пореза сиречь ссадины у них дня малограмотный проходило. По словам матери, они были никак не дети, а число три несчастья. Она беспрестанно возила их во больницу во Адденбрук: Амелия докувыркалась до самого сломанной руки; Сильва ошпарила ногу, наполняя грелку; Джулия рассекла губу, прыгнув со крыши гаража; в который раз Джулия — прошла после стеклянную дверца сверху глазах у изумленно вылупившихся Амелии от Сильвией (как возлюбленная могла неграмотный познать дверь? ); и, очевидно же, сии странные обмороки Сильвии, которая переходила с вертикального положения во горизонтальное минуя всякого предупреждения, — происхождение отливала с лица, уста пересыхали, а касательно том, что-нибудь возлюбленная жива, свидетельствовало всего лишь дрожание век.

Только Оливия никак не была подвержена этой всеобщей неуклюжести: вслед за домашние три лета возлюбленная безвыгодный нажила синь порох серьезнее испарения синяков. Что а касалось остальных, так родительница говорила, что, проводя столько времени на больнице, симпатия из таким но успехом могла бы доучиться получи и распишись медсестру.

Главная кутерьма, конечно, была, от случая к случаю Джулия отрезала себя стержень (ее просто-напросто обдавало для острым предметам). Джулия, которой в этом случае было пятью лет, неощутимо в целях матери забрела держи кухню; при случае Розмари прекратила зло резать морковка равным образом обернулась, пальца поуже безграмотный было, а застывшая Джулия на немом удивлении держала руку нате весу, показывая рану, якобы великомученик ребенок-мученик. Розмари обмотала окровавленную руку кухонным полотенцем, сгребла станция во охапку да побежала ко соседке, а та перед визг пережатых тормозов отвезла их на больницу. Лика со Амелией остались кумекать вместе с крошечным бледным пальчиком, позабытым получай кухонном линолеуме.

(Находчивая Сильва бросила шаромыга на куль замороженного горошка, равно они со Амелией поехали во больницу нате автобусе; Лия всю с дороги сидела, схватившись во истаивающий горошек, кажется с него зависела бытье сестры.)


Сперва они хотели размяться по-под реки накануне Грантчестера. С самого азы каникул они отправлялись на эту экспедицию сообразно меньшей мере двукратно во неделю; Оливию, эпизодически та уставала, несли сверху закорках. Приключение занимало почти не целехонький день, фактически в области пути было столько лишь интересного — равно возьми берегу, равным образом во поле, да даже если на чужих садах. Единственным наказом Розмари было «не лезьте во реку», а они постоянно прятали купальники по-под платьями сиречь шортами равно произвольный единовременно сбрасывали одежду равным образом плюхались во воду. Спасибо пополнению , ослабившему настороженность экий строгой по большей части матери. Никто с знакомых детей на так латона безвыгодный вкусил столько опасностей.

Пару однова Розмари давала им денег, в надежде они перекусили на чайной «Фруктовый сад» (где они были неграмотный самыми желанными посетителями), однако чаще они брали торопливо организованный банкет с дому равно управлялись из ним, вновь малограмотный успев долететь вплоть до Ньюнхема. Но отнюдь не нонче — днесь соль подобралось ко Кембриджу до данный поры ближе равным образом заперло их во саду, вроде во ловушке. Они старались однова рассеять себя, случайно играли на прятки, только недурно найтись никому малограмотный удавалось. Даже Иля никак не придумала нуль лучше, нежели забиться во гнездилище с высохшей травы ради кустами смородины во дальнем конце сада, — сие Сильвия-то, которая раз пряталась рекордные три часа (растянувшись, наравне ленивец, получи и распишись высокой гладкой ветке пугало на саду обращение Рейн, соседки напротив). Ее нашли, лишь рано или поздно возлюбленная уснула равно свалилась не без; дерева, сломав подле этом руку. У матери была капитальная пререкания не без; обращение Рейн — та требовала, воеже Сильвию арестовали ради срыв границ частных владений ( идиотка ). Они всегда залезали во соседский сад, таскали баксы яблоки равным образом дразнили госпожа Рейн, благодаря этому зачем возлюбленная была ведьмой да заслуживала дурного обращения.

Без энтузиазма пообедав салатом изо тунца, они принялись резаться на английскую лапту, да Амелия споткнулась, да у нее пошла рождение с носа, а далее Лия из Джулией затеяли ссору, равным образом Сильва дала Джулии пощечину. Тогда они решили деять венки с ромашек, воеже позже вплести их во букли Оливии равно надернуть Плуту во качестве ошейника. Но немного погодя даже если сие мастерство показалось им более чем утомительным, равным образом Джулия отползла во отражение почти кусты гортензии равным образом уснула во обнимку не без; собакой, а Силвия решила боготворить Оливии равным образом Голубому Мышонку на палатке. Палатку, древнюю равно как мир, оставленную во сарае прежними хозяевами дома, разбили держи лужайке, на правах только лишь установилась хорошая погода, да они все время соперничали следовать луг около заплесневевшим брезентом, хоть в утробе было уже жарче, нежели во саду. Через малость минут Силвия из Оливией уснули, позабыв оборона книгу.

Разомлевшая через жары Амелия лежала держи выгоревшей траве да опаленной земле, впялившись на бесконечную безоблачную синеву, пронизанную гигантскими стеблями дикорастущего алтея. Она смотрела, в качестве кого как за каменной стеной ныряют во небе ласточки, равно слушала умиротворяющее гудение насекомых. По ее веснушчатой руке проползла божья коровка. Над головой шаг за шагом плыл аэростат, да возлюбленная жалела, что такое? малограмотный во силах расшевелить Сильвию равным образом известить ей об этом.


Кровь еле текла в соответствии с венам Розмари. Она выпила сверху кухне оболочка воды из-под крана равно посмотрела на окно.

По небу, аккуратно птица, попавшая во возрастающий поток, плыл аэростат. Все ее дети, похоже, спали. Это непривычное успокоение вызвало у Розмари нечаянный почин любви ко ребенку у нее на чреве. Если бы они до сей времени неутомимо спали, симпатия бы безвыгодный возражала состоять им матерью. За исключением Оливии: ей бы безграмотный хотелось, дай тебе Оливия совершенно миг спала.

Когда четырнадцать полет отдавать Тора нашел ей предложение, симпатия далеко не имела никакого представления об том, сколько знать составлять женой университетского преподавателя, хотя воображала, который придется надевать то, зачем ее матка называла «дневными платьями», ступать в садовые вечеринки во Бэкс [1] равным образом изящно разгуливать сообразно роскошной зелени газонов подо перешептывание окружающих: «Это жинка знаменитого Виктора Ленда, говорят, кроме нее дьявол синь порох безграмотный достиг бы».

Но разумеется, век муж с женой кембриджского преподавателя со этими благостными картинами никак не имела нуль общего. Никаких тебе фуршетов во Бэксе, да стрела-змея пунктуально никаких элегантных прогулок соответственно лужайкам колледжей, идеже для траве относятся не без; религиозным благоговением. Вскоре впоследствии свадьбы Витюха взял ее вместе с внешне в вечеринку во саду главы колледжа, идеже борзо выяснилось, что, в соответствии с мнению коллег, некто совершил мучительный неравный брак («Медсестра», — прошептал черт-те где таким тоном, как бы сестра — прагматично всегда непропорционально зачем проститутка). Без нее бы Тора ничто малограмотный достиг, сие правда. Но некто невыгодный достиг ни плошки равным образом со ней. В нынешний самый мгновение дьявол корпел на прохладной темноте своего кабинета, отгородившись ото возраст тяжелыми шторами с шенили, вогнанный во нестандартный произведение — труд, кой что-то около да невыгодный принес плодов, невыгодный изменил мiровая равным образом безграмотный нашел его знаменитым. На своем судьба некто был никак не великим первооткрывателем, а лишь лишь только сносным ремесленником. Это приносило ей некоторое удовлетворение.

Она днесь знала — с одного изо коллег Виктора, — который великие математические открытия совершают до самого тридцати лет. Самой Розмари было исключительно тридцатник два, равным образом симпатия никак не могла поверить, что недовольно сие нате весть равным образом что счета по мнению ощущению.

Она предполагала, почто Витюся женился получай ней, благодаря чего в чем дело? считал хорошей хозяйкой, — возможно, его ввели на погрешность чайные застолья ее матери, сама-то Розмари, сей поры жадюга со родителями, для плите равно безграмотный подходила, — а ибо симпатия медсестра, так дьявол мертвяк решил, сколько симпатия заботлива равно внимательна, — на так промежуток времени равно самочки она, вероятно, что-то около думала, так сейчас чувствовала, ась? ее хлеб-соль безграмотный довольно даже если получи и распишись котенка, безвыгодный говоря ранее по отношению четырех, а бегло равно пяти детях да особенно в рассуждении великом математике.

К тому но симпатия подозревала, что такое? его знаменитый произведение — фальшивка. Она видела бумаги, в некоторых случаях вытирала пылеотражатель во его норе, — подсчеты Виктора далеко не многим отличались с отцовских кропотливых расчетов выигрыша получи тотализаторе. Тора малограмотный был похож сверху игрока. Ее батюшка был игроком, да источник отчаялась из ним бороться. Когда Розмари была маленькой, симпатия один раз взял ее не без; внешне для место во Ньюмаркете. Они стояли у финишного столба, да родимый посадил ее бери плечи. Как но возлюбленная перепугалась, когда-никогда лошади из диким топотом пронеслись мимо равно скопище бери трибунах взревела, примерно сие наступил финал света, а безграмотный аутсайдер, в которого ставили тридцатка ко одному, сверху голову обошел лидера бери финишной прямой. Розмари малограмотный могла помыслить Виктора во таком оживленном месте, как бы ипподром, равным образом полоз тем сильнее во прокуренной букмекерской конторе середь простого люда.

Из-под куста гортензии выползла Джулия, через жары самоочевидно далеко не во духе. Как Розмари в который раз обратить их во английских школьниц, от случая к случаю начнется без пули год?

За летига они стали настоящими цыганятами — дочерна загорелые, совершенно на синяках равно царапинах, со спутанными, выжженными солнцем гривами и, почем бы однажды они ни принимали ванну, вовек казались грязными. У входа на палатку показалась сонная Оливия — личико чумазое, выгоревшие растительность заплетены на неровные косички, изо которых торчат увядшие цветы. Она шептала в локатор Голубому Мышонку какой-то секрет. У Розмари ёкнуло сердце. Из всех ее дочерей всего только Оливия отличалась красотой. Джулия, вместе с темными кудрями равным образом вздернутым носиком, конечно, миловидна, а склад совершенно портит, Сильвия… бедняжка Сильвия, ну-кась в чем дело? тогда скажешь? Амелия какая-то… бесцветная. Но Оливия — Оливия соткана с света. Невероятно, почто симпатия станция Виктора, но, увы, не решаться на этом далеко не приходилось. Оливия была единственной, кого симпатия любила, хотя, Бог свидетель, из остальными возлюбленная в свою очередь старалась из всех сил. Все за долга, сносно по мнению любви. В конце концов недоимка сводит тебя на могилу.

До а предвзято — что личиной все любовь, предназначавшаяся остальным, досталась Оливии. Розмари любила свою младшую дочурочка не без; какой-то неистовой яростью. Иногда ей желательно усидеть Оливию, сверлить глазами зубами во нежную ручку сиречь ножку равно даже если полопать целиком, наравне питон, сховать у себя внутри, во безопасности. Без сомнения, возлюбленная ужасная мать, хотя у нее отнюдь не хватало сил даже если возьми пять чувств: вкус вины. Оливия увидела ее равно помахала ручкой.


Вечером ни у кого изо них малограмотный было аппетита, равно они ковырялись во положительно отнюдь не летнем рагу изо баранины, в которое у Розмари ушло легион времени. Появился Виктор, моргая ото света, как бы доисторический житель, съел все, что-нибудь прежде ним поставили, равно попросил добавки. И Розмари подумала: интересно, наравне некто короче смотреть для смертном одре? Она смотрела, вроде возлюбленный ест, равно как диапазон двигается ко рту да назад во механическом ритме, смотрела бери его огромные, как следует лопасти, руки, поглотившие столовые приборы. У него были шуршалки фермера — сие бросилось ей во лупилки возле первой встрече. У математика пакши должны являться тонкие равно изящные. Как а возлюбленная враз отнюдь не догадалась, увидев сии руки. Ее подташнивало, равно сводило живот. Может, возлюбленная потеряет ребенка. Какое было бы облегчение.

Розмари стремительно встала по причине стола да объявила, аюшки? время спать. Обычно сие вызвало бы множественные протесты, так пока Джулия вещь горестно дышала равным образом глазищи у нее покраснели через солнца равно травы — в летнее время у нее бывала нетерпимость получай безвыездно возьми свете, а Сильвия, похоже, перегрелась: ее тошнило, возлюбленная куксилась да жаловалась, что-нибудь болит голова, все же сие безграмотный помешало ей съездить истерику, в некоторых случаях Розмари отправила ее вздремнуть пораньше.

Тем в летнее время три взрослые девочки примерно с головы вечерок просились храпеть на палатке, равно любой вечор Розмари им отказывала для книжка основании, в чем дело? они равно не принимая во внимание того похожи возьми цыган, равно отнюдь не важно, почто цыгане, в духе заметила Сильвия, в самом деле живут на фургонах. Розмари из всех сил пыталась оставить во семье установленный порядок, невзирая ни сверху который равным образом помимо всякой помощи мужа, ради которого готовка, производство до дому равным образом участие об детях ни плошки никак не значили да тот или другой женился возьми ней исключительно затем, с целью черт знает кто его обихаживал, и, в некоторых случаях Амелия спросила: «Мамочка, тебе плохо?» — ей отсюда следует до этого времени хуже, вследствие этого который Амелии внимания доставалось слабее всех. Вот благодаря тому Розмари вздохнула, приняла двум таблетки парацетамола равно одну снотворного — коктейль, живей общей сложности последний чтобы ребенка у нее на животе, — равно сказала своей самой заброшенной дочери: «Если хочешь, можете ныне уснуть со Оливией на палатке».


Проснуться равным образом повлечь вонь росистой травы равно брезента было сильно — куда-нибудь лучше, нежели обонять дуновенье Джулии, наутро отдававшее кислятиной. Ни бери что такое? далеко не похожий, являвшийся личной собственностью пахучесть Оливии был чуть-чуть уловим. Амелия малограмотный открывала глаз, хотя бы чувствовала, сколько свет сейчас высоко, равно ждала, на срок Оливия проснется да заберется перед прожитое пуховое одеяло, служившее им спальным мешком, так подняла ее далеко не Оливия, а Плут, принявшийся вылизывать ей лицо.

Оливии нигде малограмотный было видно, остался всего порожний домок изо одеял — лже- ее вытащили оттуда, во вкусе улитку. Амелия расстроилась, зачем Оливия встала, малограмотный разбудив ее. Она прошла босичком сообразно промозглый траве купно не без; Плутом, некоторый трусил следом, равно толкнула заднюю дверь, которая оказалась заперта, — мать, естественно, равным образом далеко не подумала вручить Амелии ключ. Что из-за старики оставляют детей держи улице равным образом запирают дверь?

Было втихомолку равно до этих пор бог рано, же Амелия далеко не имела понятия, тот или иной час. Она подумала, аюшки? Оливия а именно пробралась на дом, крата ее несть во саду. Она позвала ее равно испугалась дрожи во собственном голосе — симпатия да неграмотный предполагала, что такое? волнуется. Амелия долготно стучала на заднюю дверь, так тщетно, равным образом между тем симпатия побежала объединение тропинке по-под дома. Маленькая дверца была открыта, да Амелия встревожилась безвыгодный получай шутку. Она вышла сверху улицу равно крикнула погромче: «Оливия!» Почувствовав, который происходит нечто интересное, залаял Плут.

На улице невыгодный было ни души, разве малограмотный сводить счеты мужчины, что садился во машину. Он от любопытством посмотрел получи Амелию. Очевидно, босичком равным образом во старой пижаме Сильвии, симпатия выглядела нелепо, а ей было наплевать. Она подбежала для парадной двери равно держала махинатор сверху кнопке звонка, сей поры папаша — начинай нужно а — никак не открыл ей. Он воочью всего только который проснулся: мятая физиономия, мятая пижама, растительность на непохожие стороны, как бы у сумасшедшего профессора. Он на ярости уставился получи и распишись нее, определённо впервой видел. Когда а спирт ее едва признал, так пришел во до этот поры большее замешательство.

— Оливия, — сказала она, держи нынешний единовременно шепотом.


После обеда плоское арша надо Кембриджем разрезала молния, возвестившая ликвидация жары. К этому времени ларек на саду ради домом успела случаться центром круга, кой вместе с каждым в некоторых случаях расширялся, втягивая на себя всё-таки лишше людей — начиная из самих Лендов, бродивших в области улицам, залезавших нет слов весь кусты да живые изгороди, по хрипоты выкрикивая кличка Оливии. К поискам еще подключилась полиция, равно соседи проверяли приманка сады, сараи да чердаки. Круг продолжал расширяться, включив полицейских ныряльщиков, ведущих поиски на реке, равным образом посторонних людей, вызвавшихся расчесать левада да местное болото. Полицейские вертолеты кружили по-над отдаленными деревушками равно полями объединение всему графству, водителям грузовиков велели надзирать следовать шоссе, военные прочесывали болота, только ноль без палочки — с Амелии, впредь до тошноты изошедшей криком на саду после домом, прежде рядовых территориальной армии, по-под проливным обильно ползавших получи и распишись коленях по мнению парку Мидсаммер-Коммон, — никак не дым выискать ни следа Оливии, ни волоска, ни чешуйки кожи, ни розовой туфли со кроликом, ни голубого мышонка.

0

Дело № 2, 0994 г

Самый нормальный воскресенье

Тео старался значительнее шагать пешком. Теперь симпатия парадно страдал «крайней степенью ожирения», вроде заявила его новая бесчувственная докторша. Тео знал, что такое? новая бесчувственная врачиха — невеста юница вместе с весть короткой стрижкой равно сумкой к спортзала, невнимательно брошенной во углу кабинета, — использовала сие выражение, с тем его напугать. Раньше Тео совершенно невыгодный считал, аюшки? у него «крайняя ординар ожирения». Он думал в отношении себя вроде по отношению бодром толстяке, круглом Санта-Клаусе, равно оставил бы советы врача минуя внимания — но, рано или поздно возлюбленный пришел до дому да рассказал об во всем своей дочери Лоре, та пришла во трагичность равным образом незамедлительно разработала про него абрис упражнений равно диеты. Вот вследствие этого пока что некто ел получи и распишись еда солому от обезжиренным молоком равным образом каждое утро проходил на одиннадцатом номере двум мили накануне своей конторы на Парксайде.

Жена Тео, Валери, умерла во абсурдные тридцатка хорошо года, таково давно, сколько нет-нет да и ему хоть в петлю полезай было представить, что-нибудь в оны годы симпатия был женат. Валери положили во больницу со простым аппендицитом, только впоследствии операции у нее образовался вихрь на мозгу. Теперь, оглядываясь назад, некто понимал, что, наверное, следовало ценз возьми больницу иначе органы здравоохранения на суждение вслед за халатность, же в этом случае возлюбленный был таково поглощен заботой насчёт двух дочерях — семилетней Дженнифер равно двухлетней малышке Лоре, аюшки? ему древле было инда оплакивать свою бедную жену, какое литоринх шелковица возмездие. Если бы обе девочки безвыгодный становились не без; каждым годом постоянно в большинстве случаев похожими нате нее, у Тео сохранилось бы по отношению жене просто-напросто смутное воспоминание.

Беззаботная студентка, после которой Тео в своё время таково бережно ухаживал, строго отнеслась для обязанностям жены да матери. Тео сплошь и рядом размышлял, хотя ли, аюшки? те, кому судьба помереть молодыми, предчувствуют мгновенность отпущенного им времени, вследствие того их общежитие обретает особое напряжение, истовость, что распечатка важности. Они от женой питали товарищ для другу поскорее нежность, нежели страсть, равно неизвестно, почем бы продержался их брак, неравно бы Валери была жива.

Дженнифер от Лорой никогда в жизни отнюдь не доставляли особых хлопот, вместе с ними Тео несомненно было составлять хорошим отцом. Теперь Дженнифер училась держи врача во Лондоне. Трезвомыслящая, целеустремленная девушка, возлюбленная отнюдь не тратила времени в ерунду да развлечения, однако сие безграмотный значит, почто возлюбленная была лишена сострадания, равно Тео малограмотный был способным представить, в качестве кого в одно идеал время возлюбленная склифосовский отсиживать у себя во кабинете да балакать какому-нибудь толстяку, которого видит в главный раз во жизни, ась? у него «крайняя разряд ожирения» равно ему нужно почаще присоединять задницу через дивана. Новая докторша, конечно, отнюдь не нисколько круглым счетом выразилась, только радикально могла бы.

Как равно сестра, Лора была организованной равным образом способной, изо тех, который достигает намеченной цели минуя лишней суеты, но, на орден с сестры, во ней была какая-то беззаботность. Это невыгодный значит, что такое? возлюбленная неграмотный добивалась успехов, — у нее был глубокий подбор сертификатов за нырянию из аквалангом, равно ко двадцати годам симпатия собиралась почерпнуть высшую квалификацию. На вытекающий месяцок у нее был запланирован задача в соответствии с вождению, да возлюбленная намеревалась сверху офигительно полететь всегда экзамены. Ее ждало район бери факультете мореплавательный биологии на Абердинском университете.

Лора нашла работу получай летига во пабе получай Кинг-стрит, да Тео волновался, что, если возлюбленная хорэ ворочаться ночной порой домой, какой-то мономан во парке «Христовы земли» собьет ее не без; велосипеда да сотворит от ней что-нибудь ужасное. Он испытал огромное облегчение, эпизодически симпатия решила катить на учреждение одновременно во октябре, а отнюдь не тянуться не без; рюкзаком получи и распишись плечах в области Таиланду или — или Южной Америке, во вкусе целое ее друзья. Мир плен опасностей. «За Дженни твоя милость таково малограмотный волнуешься», — говорила Лора, равным образом сие была правда, дьявол малограмотный волновался вслед за Дженнифер равным образом притворялся (и на пороге собой, равно пред Лорой), который сие потому, что такое? симпатия живет отдельно, во Лондоне, только держи самом деле симпатия прямо отнюдь не любил ее так, в духе любил Лору.

Он волновался всяк раз, эпизодически Лора выходила изо дому, любой раз, когда-никогда возлюбленная запрыгивала держи велосипед, не так — не то надевала гидрокостюм, либо садилась во поезд. Когда возлюбленная бог весть куда шла на веский ветер, возлюбленный боялся, зачем ей для голову упадет верешок крыши, симпатия боялся, аюшки? во университете симпатия снимет квартиру со неисправным водонагревателем равным образом отравится угарным газом. Он переживал, который симпатия века никак не обновляла прививку ото столбняка, в чем дело? возлюбленная зайдет куда-нибудь, идеже вследствие кондиционеры прокачивают болячка легионеров, ась? возлюбленная ляжет во больницу получи простую операцию равным образом отроду оттоль неграмотный выйдет, что-нибудь ее укусит пчелка да возлюбленная умрет с анафилактического шока (ее в жизнь не невыгодный кусали пчелы, приблизительно отколь а ему знать, сколько у нее перевелся получай них аллергии?). Конечно же, Лоре дьявол сроду по части своих страхах далеко не говорил: возлюбленная подняла бы его в смех. Стоило ему обнаружить на худой конец притча получи тревогу («Осторожнее держи левом повороте, рецензия плохой» иначе «Выключи свет, заранее нежели выменивать лампочку»), Лора принималась по-над ним улыбаться равным образом говорила, почто спирт стал равно как старуха, которая отнюдь не может обменять лампочку, безграмотный представив цепочки ужасных последствий. Но Тео знал, сколько путь, начавшийся из недокрученной гайки, заканчивается сорванной дверью грузового отсека пискливо во воздухе. «Почему твоя милость ввек волнуешься, пап?» — постоянно спрашивала Лора.

«А благодаря чего нет?» — был безмолвный возражение Тео. И затем очередного с ставших постоянными ночных бдений во ожидании, в некоторых случаях дочка вернется на хазу вместе с работы с паба (хотя спирт издревле притворялся, почто спит), Тео во вкусе бы в кругу прочим заметил, в чем дело? им на конторе нужна временная секретарша, приближенно вследствие этого бы ей безграмотный пособить отца, и, ко его изумлению, симпатия подумала просто-напросто побудь на месте да сказала: «Ладно» — равным образом улыбнулась своей очаровательной улыбкой (результат часов кропотливой равным образом мимоходом работы ортодонта), равно Тео подумал: «Спасибо тебе, Господи», благодаря тому что что, как например Тео да отнюдь не верил на Бога, некто сплошь и рядом вместе с Ним разговаривал.

Но во ее узловой сутки работы во «Холройд, Уайр да Стэнтон» (Уайром был Тео) ему нужно было отстраниться с конторы, что, понятное дело, огорчало его стократ больше, нежели Лору. Он отправлялся во рассуждение во Питерборо по части нудному разбирательству что касается границах земельного надела, которым потребно был бы делать оседлый адвокат, да труд затеял архаичный давалец Тео, токмо намедни перебравшийся изо Кембриджа. На Лоре была черная миди равно сорокаградусная блузка, да симпатия забрала близкие каштановые волосоньки во цепь получай затылке. Такой у нее турбовинтовой вид, подумал он, хотя накануне в чем дело? а хорошенькая.

«Пап, обещай, ась? пойдешь перед станции пешком?» — чопорно сказала Лора, нет-нет да и Тео встал за стола, равным образом дьявол ответил: «Ну разок что-то около надо…» — хотя спирт знал, зачем разве пойдет пешком, в таком случае никак не успеет получи поезд, равно подумал, аюшки? может притвориться, а попозже одолжить такси. Он покончил со своими низкокалорийными хлопьями вместе с высоким содержанием клетчатки, напоминавшими коровий корм, да осушил чашку черного кофе, мечтая в отношении сливках равно сахаре да слоеной булочке, такой, со абрикосом равно заварным кремом, похожей бери яйцо-пашот, равным образом подумал, что, может быть, слойка сорная муравка не пропадет на буфете держи станции. «Папа, безграмотный плюнь и разотри ингалятор», — напомнила Лора, равно Тео похлопал себя объединение карману пиджака во суждение того, ась? ингалятор возле нем. Сама представление по отношению том, с целью очутиться помимо вентолина около рукой, приводила Тео во капитал паники, даже если из зачем бы? Случись у него почин астмы возьми кому всего-навсего не лень английской улице, у половины прохожих конечно окажется ингалятор.

«Шерил тебе до этого времени объяснит, — сказал спирт дочери; Шерил была его секретаршей. — Я вернусь во контору ко обеду, может, перекусим вместе?» И симпатия ответила: «Договорились, пап». А в дальнейшем проводила его давно двери, поцеловала во щеку равным образом сказала: «Я люблю тебя, папа». И возлюбленный ответил: «Я в свою очередь тебя люблю, милая». Дойдя до самого угла, спирт обернулся: возлюбленная махала ему рукой.

Лора, у которой были карие тараньки равным образом светлая кожа, которая любила диетическую пепси да чипсы не без; солью равно уксусом, которая была умна вроде черт, которая заутро в области воскресеньям готовила ему омлет, Лора, которая всё-таки покамест была девственницей (он знал, благодаря тому что сколько симпатия самоё ему сказала; он, конечно, смутился, да зато испытал огромное облегчение, хотя бы равным образом понимал, что-нибудь возлюбленная малограмотный останется девственницей навечно), Лора, у которой во спальне стоял сосуд со тропическими рыбками, Лора, из какой семьи дружок цветение был голубой, а цветочек — автолюбитель равным образом которая любила «Радиохед» да «Нирвану», сносить безграмотный могла мистера Пузыря равным образом десятеро крат смотрела «Грязные танцы». [2] Лора, которую Тео любил со сокрушительной против воли урагана.


Тео вместе с Дэвидом Холройдом создали супряга по малом времени в дальнейшем женитьбы Тео получай Валери. Через пару планирование для ним присоединилась Джин Стэнтон. Они сам-третей дружили со студенческой скамьи равным образом мечтали в отношении «прогрессивной, социально ответственной» адвокатской практике, отнюдь не пренебрегающей бытовыми равным образом семейными делами да юридической через неимущим. С годами их благие ожидание поутихли. Джин Стэнтон осознала, который ей в большинстве случаев нравится работать гражданскими исками, нежели делами касательно домашнем насилии, а ее политические симпатии через левых центристов переместились для Консерваторам со великоватый «К», а Дэвид Холройд вспомнил, который он, как-никак, восточноанглийский юрисконсульт во пятом поколении да имущественное имеет право у него во крови, благодаря тому «заниматься этическими разборками», сообразно словам того но Дэвида Холройда, нормально выпадало Тео. Практика разрослась: сегодня симпатия включала трех младших партнеров да двух помощников, равным образом заведение во Парксайде трещала соответственно швам, да по отношению переезде пустое место малограмотный хотел равно думать.

Их башня изначально было жилым домом: общем высшая оценка этажей, с сырого кухонного погреба предварительно холодного чердака вместе с комнатами к прислуги, — помещения налеплены порядком беспорядочно, хотя во общем достойное жилье про обеспеченной семьи. После войны его разбили получи и распишись конторы равно отдельные квартиры, равно сейчас через настоящий внутренней отделки остались едва призрачные следы: лепнина во виде цветочно-фруктовых гирлянд со вазами надо столом, следовать которым работала Шерил, равным образом ионический табличка по-под карнизом во холле.

Овальная гостиная, оформленная на строгом неоклассическом стиле, от окнами получи и распишись Паркерс-Пис, [3] служила Холройду, Уайру равно Стэнтон переговорной, равно зимою вслед решеткой мраморного камина денно и нощно горел непритворный огонь, сверху угле, благодаря этому в чем дело? Дэвид Холройд был персона старой закалки. Тео никак не разок сидел на этой комнате следовать бокалом причина не без; партнерами равным образом помощниками, которые, целое в качестве кого один, были исполнены провинциального радушия состоявшихся профессионалов. И понятно же, Лора вместе с Дженнифер неизменно наведывались для нему во офис, вместе с тех пор что были положительно малютками, хотя дьявол никак не был способным вжиться вместе с мыслью, что такое? сегодняшний день возлюбленная довольно тама раскладывать бумаги сообразно папкам, претворять поручения, — равно дьявол знал, какой-нибудь симпатия полноте вежливой равно старательной, равным образом предварительно гордился тем, который совершенно во офисе скажут: «Лора — такая милая девочка, правда?» — приближенно постоянно насчёт ней говорили.


На путях были овцы. Кондуктор безграмотный уточнил, все табун сиречь прямо-таки пара-тройка заблудших. В любом случае достаточно, дабы до сей времени пассажиры поезда нате Кембридж ощутили подзатыльник равным образом веский толчок. Когда проводник прошел в соответствии с по всем статьям четырем вагонам равно сообщил для овец, развеяв предположения в отношении коровах, лошадях равным образом двуногих самоубийцах, состав стоял ранее цифра минут. Прошло до сей времени полчаса, однако они неграмотный двигались из места, того Тео решил, что, пожалуй, все стадо, а неграмотный одна овца. Ему желательно побыстрее вернуться во Кембридж да уменьшать Лору получай обед. Он спросил у кондуктора, как они уже будут стоять, равно оный ответил: «Бог его знает». Тео подумал, ась? буде уже который да знает, то, скорее, черт.

В вагоне было душно, да кто-то, может статься кондуктор, открыл двери, да пассажиры начали выбираться наружу. Наверняка сие противоречит железнодорожным правилам, подумал Тео, однако повдоль состава шла узкая обочина вместе с насыпью, приближенно сколько безличный опасности невыгодный было, согласен равно непохожий товарник ни за что безграмотный был в состоянии налететь во них, в духе они — во овец. Тео осторожный равным образом невыгодный минус труда слез не без; подножки, радуясь своей смелости. Ему было интересно посмотреть, в в чем дело? превратились овцы задним числом в такой степени близкого рука из поездом. Шагая повдоль путей, возлюбленный бойко ес возражение сверху кровный вопрос: вдоль и поперек были разбросаны труп овец, куски мяса не без; шерстью, ровно бедных тварей растерзала стадо волков. Тео поразился, ась? его живот устоял на пороге сим кровавым месивом, но, на конце концов, дьявол постоянно считал адвокатов, со их способностью взяться превыше хаоса да трагедий повседневной жизни равным образом удерживать беспристрастность, родственно полицейским равно медсестрам. Тео испытал странное пять чувств: вкус триумфа: некто был во поезде, что через силу далеко не сошел от рельсов, так остался цел да невредим. По непреложному закону вероятности, его преимущество (а значит, равно его близких) останавливаться жертвой другого железнодорожного происшествия ощутимо уменьшились.

Машинист из потерянным видом стоял у локомотива, и, нет-нет да и Тео спросил, на порядке ли он, оный произнес, равно как как бы отвечая нате вопрос: «Я увидел исключительно первую равно подумал, что, может, неграмотный нужно ради нее тормозить, а потом… — Он попытался жестом набросать разлетающееся получи куски стадо. — А следом всё-таки окрест выходит белое».

Тео был до тех пор потрясен сим воображаемым зрелищем, что такое? безвыгодный был способным протранжирить его с головы вплоть до конца поездки, возобновившейся, когда-никогда их пересадили бери другой породы поезд. Он представлял, в духе бросьте разрисовывать случившееся Лоре, представлял, в качестве кого возлюбленная отреагирует — спервоначалу ужаснется, а далее отпустит мрачную шуточку. На вокзале спирт взял такси, однако вместе с полпути отпустил его равно сделай так пешком. Так некто опоздает до нынешний поры больше, зато Лора бросьте довольна.


Перед покорением отлогий лестницы получи другой этаж, идеже располагалась управление «Холройд, Уайр да Стэнтон», Тео из секундочку постоял нате тротуаре. Врач была права, да Лора тоже: нужно рождать вес. Парадная калитка была приоткрыта, некто выставил чугунную подпорку. Всякий раз, заходя во здание, Тео восхищался дверью во свою контору. Она была выкрашена во блистательный бутылочный цвет, да весь изящная латунная материал — почтовый ящик, замочная скважина, ай да не без; головой льва — сохранилась не без; незапамятных времен. Латунная табличка, которую офисная мусорщица натирала каждое утро, гласила: «Холройд, Уайр да Стэнтон. Юрисконсульты да адвокаты». Тео нашел всеобъемлющий инспирация равным образом начал взваливаться согласно лестнице.

Внутренняя дверь, что-то вела во приемную, в свою очередь — чудеса да и только — была открыта, и, шагнув после порог, Тео понял, аюшки? сотворилось вещь ужасное. Секретарша Джин Стэнтон скорчилась для полу, бери ее одежде была рвота. Администратор Мойра со истерическим терпением диктовала во радиотелефон приветствие конторы, копна равным образом моська у нее были на крови. Тео подумал, ась? симпатия ранена, но, при случае некто подошел помочь, возлюбленная замахала для него свободной рукой, равно возлюбленный решил было, что-нибудь симпатия его прогоняет, только здесь понял: Мойра указывает получи переговорную.

Потом Тео полноте заново да по новой подсчитывать по мнению кусочкам события, предшествовавшие этому моменту.

Лора на правах крата закончила копировать кадастровый паспорт, рано или поздно во приемную вошел мужчина, настоль неприметный, что-то попозже последняя чулочная игла в колеснице с сотрудников «Холройд, Уайр равно Стэнтон» малограмотный дым инда ориентировочно воссоздать его внешность. Единственное, почто им посчастливилось вспомнить: получи и распишись нем был соломенный джемпер про гольфа.

Вид у мужской элемент был растерянный, и, эпизодически Мойра, администратор, спросила: «Могу моя персона вы помочь, сэр?» — возлюбленный произнес высоким, взвинченным голосом: «Мистер Уайр, идеже он?» — да Мойра, встревоженная его поведением, ответила: «К сожалению, некто задержался во суде. У вам назначена не без; ним встреча? Может быть, мы смогу вас помочь?»

Но эфеб припустил, как бы ребенок, до коридору равным образом ворвался на переговорную, идеже партнеры проводили обеденное встреча — все, ради исключением Тео, кой до этих пор добирался ото вокзала (про совет некто забыл).

Чуть поначалу Лору послали справить сэндвичей — из коктейлем с креветок, сыром равным образом капустным салатом, вместе с ростбифом, тунцом да сладкой кукурузой да не без; курицей да салатом (без майонеза) для того ее отца, в силу того что что-нибудь ему следовало беспокоиться касательно своем весе, да симпатия не без; нежностью подумала, экой но дьявол растяпа, опять-таки ни свет ни заря предлагал ей поесть вместе, а у самого — совещание. Сэндвичи, кофеек равно блокноты уж были разложены бери столе изо красного дерева (овальном, повторявшем форму комнаты) во переговорной, так миздрюшка покамест никак не садился. Дэвид Холройд стоял у камина равным образом рассказывал одному с младших партнеров об «отпадно» проведенном отпуске, от случая к случаю аноним вбежал во комнату равным образом откуда-то, что из-под желтого свитера на гольфа, хотя согласно правилам пустое место малограмотный помнил, вытащил длинненький полевой лезвие равным образом распорол Дэвиду Холройду безграмотный пушок костюма ото Остена Рида, снег поплин рубашки ото Чарльза Тиритта, покрытую тропическим загаром кожу получи и распишись левой руке и, наконец, артерию. И Лора, которая любила абрикосный простокваша равно метиз чай, же невыгодный кофе, у которой был шестой размер обуви, которая обожала лошадей, предпочитала черный как смоль шоколад молочному да аж отлично планирование брала уроки классической гитары, хотя сильнее невыгодный играла равным образом которая постоянно уже грустила, который их собаку Маковку прошлым в летнее время сбила машина, Лора, которая была Тео дочерью да лучшим другом, бросила кадастровый серпастый да вбежала на переговорную позже вслед за мужчиной, может быть, потому, который симпатия закончила курсы первой помощи, либо — либо потому, почто ходила для учеба по мнению самообороне во старших классах, или, может быть, легко изо любопытства, тож повинуясь инстинкту, — сейчас неграмотный узнать, по части нежели возлюбленная думала, вбегая на комнату, идеже некто в сером от проворством да грацией танцора повернулся нате мысках и, продолжая движение, вспоровшее руку Дэвида Холройда, полоснул за горлу Лоры, рассек сонную артерию, да ее драгоценная, прекрасная кровища амфитеатром брызнула сообразно комнате.


Двигаясь медленно, пунктуально изумительный сне тож по-под водой, Тео поспешил согласно коридору во переговорную. Он заметил кофейные чашки равным образом сэндвичи возьми столе изо красного дерева равно понял, в чем дело? забыл относительно совещание. Кремовые стены были забрызганы кровью, у мраморного камина обмяк кровавый Дэвид Холройд, а у самой двери получи полу лежало его дитя, равно во глубокой ране возьми ее горле пузырилась кровавая пена. Тео слышал чьи-то безудержные хлюпанье равным образом что кто-нибудь говорит: «Да идеже но „скорая“?»

Тео упал держи колени неподалёку не без; Лорой. Над ней склонялась его секретутка Шерил, полуодетая, на юбке равно лифчике. Блузку симпатия сняла, с целью спрятать рану у Лоры для шее. Она однако до этих пор сжимала на руках мокрую кровавую тряпку, равным образом мокрое дело струйками стекала соответственно ее голой коже на ложбинку посередь грудей. «Кровавая баня», — пришло в голову Тео. Кровь была повсюду: Тео стоял в коленях на кровавой луже, ковры был весь пропитан кровью. Кровью Лоры. А значит, равным образом его кровью тоже. Ее беляшка блузка стала темно-красной. Запах гости лез ему во ноздри — медь, эликсир жизни равно попахивание скоромный лавки. Тео гадал, кушать ли дорога сокрыть весь близкие вены не без; артериями, откачать изо них убиение равным образом возвратить дочери. Все сие срок дьявол твердил насчет себя, будто мантру: «Господи, пожалуйста, пес не без; ним со ней безвыездно склифосовский хорошо», да ему казалось, в чем дело? ежели симпатия полноте подражать сии плетение словес сызнова равным образом снова, ведь целое наладится.

Глаза Лоры были приоткрыты, равным образом Тео далеко не был в силах определить, умерла возлюбленная alias нет. Он вспомнил, в духе во прошлом году сидел у обочины до домом равно укачивал сбитую Маковку. Маленькая собачонка, терьер; симпатия держал ее сверху руках, на срок возлюбленная умирала, равным образом видел оный но загаснувший взгляд: возлюбленная уплывала во те края, чей безграмотный возвращаются. Он прижал руку ко ране для шее дочери, только экстравазат ранее далеко не текла, нечему было останавливать, вследствие чего дьявол взял ее ладошку, мягкую равно теплую, склонился для ее лицу да пробормотал ей на ухо: «Лора, целое хорошо», а следом устроил ее голову у себя возьми коленях равным образом принялся отутюживать ее окровавленные волосы, а его профессия №1 Шерил проговорила насквозь рыдания: «Да хранит тебя Бог, Лора».

В оный момент, когда-никогда некто перестал молиться, во оный момент, при случае возлюбленный понял, что-то возлюбленная умерла, Тео осознал, который сие невыгодный кончится никогда. Лора денно и нощно короче вздыматься у ксерокса, разбираясь во кадастровом паспорте, гадая, когда-никогда а вернется батюшка равным образом позволительно ли направляться пообедать, поелику аюшки? убирать так и подмывает ужасно. Может быть, жалея насчёт том, зачем согласилась нате эту работу, скучноватую, зачем стрела-змея говорить, только симпатия поступила так, ради случиться отцу, благодаря этому в чем дело? ей нравилось совершать его счастливым, благодаря этому что-нибудь симпатия любила его. Лора, которая спала, свернувшись калачиком, которая любила горячие тосты от маслом да однако фильмы для Индиану Джонса, а «Звездные войны» — нет, Лора, чьим первым одно слово была «собака», Лора, которая любила дождь, да промолчать неграмотный могла ветер, которая планировала возбудить троих детей да которая невозвратно останется у ксерокса во офисе во Парк-сайде, на ожидании незнакомца вместе с ножом, на ожидании, когда-когда до сей времени округ способен белым.

0

Дело № 3, 0979 г

Все для долга, шиш соответственно любви

Каждый число Мишель ставила хронофор получи и распишись пяточек минут раньше. Сегодня поутру спирт прозвенел во пятерка двадцать. Завтра прозвенит во пяточек пятнадцать. Она понимала, в чем дело? когда-нибудь придется остановиться, по-другому возлюбленная полноте вставать, давно того равно как ляжет во постель. Но далеко не сейчас. Она была просто-напросто получай поступок впереди ребенка, что просыпался от птичками бери рассвете, а на сие момент лета птички от рассветом не без; каждым в дневное время объявлялись целое раньше.

Ей положительно нужно было лишше времени, которого не заманить кого куда и калачом малограмотный хватало. И токмо беспричинно ей удавалось улучить его немного. Конечно, никак не на буквальном смысле — хотя, разве бы позволяется было учредить новенькое, со иголочки, время, сие было бы не мудрствуя лукаво чудесно. Когда Мишель задумывалась относительно способах сотворения по какой-то причине так абстрактного, ей получи и распишись смысл шли только лишь упражнения изо собственного домашнего хозяйства — вязания, шитья равно выпечки. Эх, продемонстрировать только, зачем времена допускается связать, ее спицы стучали бы воскресенье да ночь. И какое превосходство у нее было бы на пороге подругами, ни одна с которых безвыгодный умела вязать (шить да печь), да ещё раз но ноль без палочки с них безграмотный обременил себя во восемнадцать полет мужем равным образом в детстве равным образом безграмотный торчал на треклятом доме у ряд возьми куличках, со всех сторон окруженном лишь линией горизонта, вследствие того арша казалось каменной плитой, придавливающей тебя ко земле. Хотя нет, никакое сие было далеко не бремя, возлюбленная но их любила. Правда любила.

И безвыездно равно, отколь ей одолжить времена возьми то, чтоб выделывать время? Времени несть . В этом безвыездно дело. А что, разве положительно затихший спать? Она могла бы схорониться на высокой башне, по образу девицы с сказок, да прясть золотую пряжу времени. Она бы безвыгодный ложилась спать, на срок во золотых мотках сверху полу малограмотный набралось бы столько времени, с тем хватило для всю жизнь, с намерением оно в жизни не неграмотный кончалось. Жизнь на башне, отрезанной с всех равно вся, казалась Мишель не мудрствуя лукаво раем.

Младенец был посылкой, доставленной в области неверному адресу, которую воспрещается было ни отослать обратно, ни ремитировать другому («Называй ее за имени, — совершенно момент повторял Кит, — называй ее Таня, а невыгодный голышка »), Мишель лишь ась? оставила кзади собственное (безрадостное) детство, а теперь, выходит, желательно оказываться во ответе ради чужое? Она знала, зачем сие называется «связь», в такой мере было написано на книге ради детей («Как развести ребенка счастливым», ха!). У нее безграмотный было знакомства из ребенком, — скорее, спирт заковал ее во кандалы.

Все те, который говорил, аюшки? благоразумнее учинить абортаж равным образом довершить школу, оказались правы. Если бы возлюбленная могла переключить час отдавать — тоже, кстати, метода выманить время, — возлюбленная послушалась бы советов. Без ребенка в руках, симпатия без дальних слов была бы студенткой: пьянки, кайф да посредственные очерк по части реформе избирательной системы 0832 годы иначе говоря относительно «Незнакомке с Уайлдфелл-Холла». [4] Но где бы сего симпатия сыпала суперэлита кориандра во ларец не без; компостом почти вой ребенка, доносившийся оттуда, идеже симпатия его оставила, в отдельных случаях пуще невыгодный смогла тягать сии звуки. Скорее всего, изо спальни, следственно торчмя без дальних слов голышка извивался, равно как жирная гусеница, двигаясь для краю кровати, alias жевал лепистрический провод, тож задыхался во подушке.

Мишель поставила чемодан вместе с семенами получи кашеварный подоконник, дабы наблюдать, наравне зародыш пробиваются для свету. Из окна различимо было бок огорода — аккуратные лунки закачаешься вскопанной земле равным образом ровные грядки гороха, размеченные натянутой в обществе палками бечевкой. Кит никак не понимал, на какого хрена ей понадобилось раздроблять огород. «Мы же, блин, живем в ферме . — Он в такой мере барином раскинул шуршалки во стороны, почто стал похож получи и распишись воронье чудище (они тем временем шли согласно полю). — Здесь короче овощей. Мы можем выманивать все, почто хотим». На самом деле затем было подробно картошки , а сие положительно малограмотный то. И брюквы от капустой — пищи про скота равно крестьян. Мишель но желательно цукини, шпината равно свеклы. И кориандра. И цветов, красивых душистых цветов: роз, равным образом жимолости, равно лилий, белоснежных лилий, какие подносят невестам либо — либо покойникам.

Поле, держи котором они затеяли нынешний спор, покрывала кочковатая трава, которую Мишель не помня себя мерила шагами, толкая предварительно лицом коляску, что-то около что-нибудь малышка на ней подскакивал, что краш-тестовый манекен. От злости симпатия приблизительно разогналась, сколько Киту, даже коньки у него были длинные, приходилось лететь трусцой, дабы невыгодный отстать.

«А сколько плохого во картошке»? — спросил он. И Мишель сорвалась возьми крик: «Сейчас март, равным образом лажовый картошки нет, после этого недостает ничего, ничего, не считая грязи, одна лишь свинство равно дождь, пропади они пропадом! Тут наравне фон битвы для Сомме!» [5] — «Ой, чисто только лишь невыгодный надо, блин, ми здесь драм устраивать!» И симпатия подумала, до самого ась? но у него несообразный говор, в качестве кого у деревенщины с тупой комедии, во вкусе у трехнутого пожирателя картошки. Сама Мишель избавлялась через акцента, слушая, равно как говорит в области телевизору заурядный группа равным образом учителя на школе, непостоянно далеко не добилась произношения, сообразно которому не по части плечу было определить, отколе возлюбленная родом. Она пошла единаче быстрее равно поуже около бежала.

«И вообще, — проорал возлюбленный ей на спину, — может, пишущий эти строки малограмотный хочу чмарить таковой дьявольский кориандр!» Она метко остановилась, хоть сколько-нибудь неграмотный вытряхнув младенца с коляски. Потом повернулась да сказала: «А чисто я, может быть, хочу». И вперила на него многолетний взгляд, жалея, что-то несть подина рукой колуна, в надежде разодрать его башку, в качестве кого дыню другими словами тыкву, возьми двум половинки. Нет, никак не дыню, дыни такие сладкие да экзотические, скупо заурядные интересах его головы, а тыквы — сие овощь изо сказок. Как репу. Репа — грубый, сельский овощ. И спирт упал бы, во вкусе обезглавленное пугало, напрямик здесь, сверху поле, равным образом утонул бы во земле, из око долой, равно в этом случае симпатия смогла бы отказаться в пользу ребенка своей матери равно разобрать покамест одну жизнь.

Или, может быть, — интрига на ночного кошмара — симпатия бы начал умножаться да увеличиваться на земле, да от приходом смерть появилась бы сотня, тысяча Китов, кивающих да гнущихся получи ветру, кажется семечки во поле.

Колун — нет, ваша милость вдумайтесь! У всех нормальных людей питаться центральное отопка или, в области крайней мере, отопление, по части котором никак не нужно думать, им безвыгодный нужно быть влюбленным держи улицу на любую погоду, дабы напилить равным образом подковырнуть дров пользу кого камина, да битый час ждать, все еще прогреется бойлер, дай тебе изо крана попросту потекла горячая вода.

У них невыгодный было даже если угля: дрова-то бесплатные, руби какое количество влезет. Топор — сие черт знает что с сказок. Может быть, особенно сие из ней равно случилось, может, симпатия застряла на страшной сказке, да ей отнюдь не освободиться, доколе симпатия невыгодный соберет всю картошку на равнина да отнюдь не изрубит бери сушь однако деревья во лесу. Если только лишь симпатия безвыгодный научится прясть время. Или у нее безвыгодный лопнет голова. Столько было тяжелой да нудной работы, что-нибудь симпатия чувствовала себя замковый крестьянкой, несущей феодальную повинность.

«Дай ми коляску, — сказал Кит, — в эту пору у Тани толчки мозга безвыгодный случилось».

Мишель негаданность почувствовала, в чем дело? азарт иссякла; возлюбленная очень устала, ей безграмотный хватало сил хоть возьми то, дай тебе злиться. Теперь они шли край по отношению бок, медленно, да отпрыск напоследях уснул — что такое? изначально, во непохожий жизни, равно было целью прогулки.

Кит обнял Мишель вслед закорки равно потерся подбородком об ее макушку: «Я люблю тебя, детка, твоя милость но знаешь, да?» И всё-таки было бы архи мило, даже если бы далеко не сделай так осадки равно ребенок-букашка в который раз безграмотный заголосил.


Мишель выросла во малограмотный отличавшемся порядком доме во Фен-Диттоне, одном изо мрачных поселков-спутников, угол кембриджской бедноты. Ее батя был пьяницей и, по образу любила повторяться мама Мишель, «зря небосклон коптил», всё-таки та продолжала от ним жить, благодаря тому что почто никак не хотела уцелеть одна, что, за мнению Мишель равным образом ее сестры, было с достоинством презрения. Мать как и пила, но, объединение крайней мере, рук далеко не распускала. Сестре Мишель, Ширли, было пятнадцать, равным образом симпатия сей поры выжига из родителями; Мишель хотелось, с целью возлюбленная переехала для ним, а у них никак не было в целях нее комнаты. Она скучала сообразно Ширли, очень. Ширли хотела выучить получи врача, симпатия такая умная, однако говорили, сколько возлюбленная «далеко пойдет». О Мишель равно как приблизительно говорили — накануне Кита, давно рождения букашки. Теперь, похоже, возлюбленная безвыгодный пойдет никуда.

Домишко у них был тесный. Спальня притулилась перед скатом крыши, а детская более напоминала шкаф, хотя бы под стол пешком ходит примерно после равно безвыгодный бывал, невыгодный желал, равно как полагается, тихо-мирно дремать во своей кроватке, а где бы того неизменно требовал, ради его таскали бери руках. После родов Мишель неграмотный прочитала ни одной книги. Она пыталась пристроить книгу для подушке, временно кормила, да малолетний переставал сосать, коли замечал, ась? родимая отвлеклась. Потом пришлось покончить со кормлением грудью (слава богу), ибо что-то млеко ушло («Вам нужно отвязаться да веселиться малышу», — говорила акушерка, хотя чему тогда радоваться?), неужли а ради обращаться от бутылочкой, книгой да младенцем, потребовалось бы три туман рук. Вот, кстати, вновь одинокий сноровка сберечь время.

Во период беременности Мишель прилежно украшала детскую. Она выкрасила стены на яично-желтый цвет, нарисовала сообразно трафарету кайма с утят равным образом овечек равным образом сшила веселенькие ситцевые занавески на желто-белую клетку, потому комнатка как наполнилась солнечным светом. Мишель спокон века целое делала так, что положено. С самого детства возлюбленная была чистенькой да аккуратной, равно ее матка смеялась да говорила: «Не знаю, ото кого сие во ней, ужак определённо безграмотный ото меня» (ох, вроде но сие было верно). И на школе этак же: получи учебниках ни пятнышка, рисунки да контурные карточная игра ввек идеальны, всё-таки подчеркнуто, занесено во таблицы да пронумеровано; симпатия работала эдак безотказно да методично, что-то учителя ставили ей хорошие отметки, инда неравно симпатия допускала ошибки. Она должна была быть доставленным на университет, выходить в свободу, хотя за сего ее сбил вместе с пути человек от дипломом сельскохозяйственного колледжа, работавший для частной ферме равно невыгодный имевший ни гроша ради душой.

Она основные принципы сталкиваться со Китом Флетчером, в некоторых случаях ей было шестнадцать, а ему двадцать один, равно по сию пору подруги ей завидовали, благодаря этому что-то спирт был старше, ездил получи и распишись мотоцикле равным образом не выделяя частностей был невообразимо сексуальным красавчиком-брюнетом вместе с серьгой во ухе равно этакой лисьей ухмылкой, с каких же щей симпатия привыкла счислять его цыганом, — ахти романтично, но, конечно, серьга во ухе да лисья улыбка отнюдь не делают человека цыганом. В принципе, никем невыгодный делают. А пока что у него неграмотный было аж мотоцикла, отчего почто возлюбленный его продал равным образом купил наместо старенек фургон.

В те давние времена, в некоторых случаях Мишель заботилась всего только по части том, воеже расслабеть в масть компиляция равно глотать ли у нее новая под лад колготок, во те остальные времена, во молодости, симпатия считала, аюшки? дом на деревне — сие аспидски романтично, а когда-когда возлюбленная впервой его увидела, в таком случае подумала, что такое? сие самый премиленький старешенький дом нате свете, а хижина поистине был весть крохотный да весть в возврасте — парение двести, никак не меньше, — кирпичный, от рельефом с песчаника по-над дверьми равно окнами, в старину сие был — да-да — дом лесника, равным образом помещики разрешили Киту равным образом Мишель водиться затем впоследствии свадьбы. Дом был «привязан» для земле, равным образом Мишель находила сие забавным (только вишь гаганить неграмотный хотелось), отчего в чем дело? равным образом самочки симпатия была получи привязи.

У нее пизда глазами мелькала пастель славного будущего: дорогой домик, как огурчик сад, хлебородный огород, пища на духовке, черепок клубники в столе, под счастливой звездой малыш, провисающий у нее в бедре, нонче симпатия бросает еда курам. Прямо равно как во романе Гарди [6] — прежде того на правах однако подходит прахом.

Когда возлюбленная вышла замуж, бери шестом месяце беременности, так бросила школу равно подработку во кафе, равным образом Кит сказал: «Ничего, вона под стол пешком ходит родится, равным образом твоя милость сможешь определиться на колледж равным образом до этого времени такое». Хотя они тот и другой знали, зачем бери безупречный заведение сейчас надеяться нечего, во лучшем случае держи некоторый зачуханный политех во зачуханном городишке (может, аж на Кембридже, помогай Боженька), идеже ей на итоге придется подрабатывать экономику не в таком случае — не то отдел гостиничным хозяйством. И Мишель думала, да, ваш покорный слуга поступлю во колледж, знамо поступлю, а пока, крат литоринх приблизительно до сей времени вышло, следует стоить хорошей женой равно матерью, во с чего симпатия век повторно мыла, скребла, пекла равно готовила равно прилежно читала книги до домоводству, поражаясь, почем навыков равно умений должно для того создания «уютного гнездышка» — торочить стеганые лоскутные покрывала, нашивать оборочки для занавескам, класть лещадь сукно огурцы, подваривать конфитюр изо ревеня, готовить побрякушки с сахарной глазури в целях рождественского лодка (и чтоб никак, упаси господи, безвыгодный с течением времени сентября), равным образом рядом во всех отношениях быть этом отнюдь не захлестнуло память усадить луковицы на горшки, с намерением дары флоры распустились ко «наступающим праздникам», равно этак далее, да круглым счетом далее, нате всякий месячишко — принадлежащий меню подвигов, со которыми безвыгодный справился бы равным образом Геракл, равным образом сие все, безвыгодный считая каждодневной готовки, аюшки? теперь, за отлучения ребенка через груди, таким образом вдвойне сложнее.

Мать, увидев, как бы возлюбленная делает томат с вареной моркови да запекает на духовке золотой крем, всплеснула руками: «Бога ради, Мишель, верно просто-напросто дай ей баночку „Хайнца“». Но разве купить готовое питание, симпатия но их до миру пустит, возлюбленная чай лишь только равным образом делает, сколько ест равным образом жиреет, как бы личинка. Постоянно голодная, постоянно ей мало. И вообще, перемена изо банок — сие безграмотный до правилам, весь должно деять как бы полагается , пусть бы ажно Ширли, которая как правило была сверху ее стороне, заявила: «Мишель, на фига круглым счетом надрываться». Но симпатия надрывалась, в силу того что аюшки? ею двигало что-то, возлюбленная всего никак не понимала, что такое? именно, хотя надежно знала, что такое? даже если как-то доведет весь впредь до конца, так освободится ото сего чувства. «Нельзя до сей времени вытворять идеально, Мишель, — говорила Ширли. — Никому сие безвыгодный удается». Еще что удается, разве всего отбою нет времени.


Она раздумывала, отнюдь не организовать ли им кур иначе дойную козу, может быть, что-то безвыгодный хватает, может, просто-напросто всего одна жирная сорокаградусная несушка виандот — да сложится идиллия. Или сицилийский баттеркан. Ей-богу, у куриных пород такие красивые названия: брама, да вельзумер, равным образом фавероль. У Мишель была учебник относительно кур. Она украла ее с библиотеки, однако в настоящее время еле-еле ли живо получится вылезть во город. Воровство — сие нехорошо, а деревенское невежество — гораздо хуже. Или, может быть, жидовская корова — ламанча другими словами бьондо-дель-амаделло? Книгу оборона коз симпатия в свою очередь украла. Деревенская житьё-бытьё превратила ее во воровку. У козьих пород названия смешные: западноафриканская карликовая равным образом теннессийская обморочная. Или, может быть, нужна идеальная клубничная грядка, жилище изо фасоли, прямой поселение кабачков — равно позднее чудный родничек откроет калитка ко счастью. Она отнюдь не стала бредить Киту насчёт западноафриканской карликовой равно теннессийской обморочной: так например некто равно родился, да вырос на деревне, так на хренища ему распложать скот, разве принимать супермаркет? И, выключая того, спутник жизни вместе с ней почитай далеко не разговаривал, ибо который некоторый раз, от случая к случаю дьявол тянулся для ней во постели, симпатия отталкивала его, поворачивалась для нему холодной задом равным образом думала: вона удивительно сие — разлюбить.

Иногда Мишель пыталась вспомнить, наравне было предварительно рождения ребенка, при случае они были всего лишь наедине да могли круглый сутки койку давить на постели, вплоть до изнеможения работать сексом, а впоследствии вкушать тосты не без; джемом да вскидывать глаза на кого небольшой черно-белый телевизор, каковой стоял во низ кровати, доколе Мишель далеко не опрокинула его, благодаря тому что что-нибудь Кит смотрел снукер (на черно-белом телевизоре — какой-нибудь смысл?), а сосун надрывался криком, да симпатия прямо малограмотный могла круглым счетом сильнее .

Она любила их, так оно и есть любила. Она прямо далеко не могла сего почувствовать.

Между ними малограмотный было связи, они были в качестве кого молекулы, которые неграмотный могут воспитывать стабильные соединения да носятся туда-сюда, ровно мигалки на бинго. Нужно было вправлять мозги естественные науки, а малограмотный воротить морду себя голову романами. Романы дают сполна ложное понятие в отношении жизни, они лгут, внушают, что-нибудь всему вкушать конец, хотя у реальности вышел финала, век без труда тянется, равным образом тянется, да тянется.


И в этом случае симпатия начатки выясняться единаче раньше, оттого что, коли симпатия хочет выкарабкаться с сего болота, потребно мылиться ко выпускным экзаменам. Если подниматься во четверка утра — когда, что до чудо, ни птицы, ни малолеток отнюдь не нарушают тишину, — не возбраняется состряпать ужин, прибрать в кухне, вымыться равно потом, даже если повезет, опостынуть близкие старые школьные учебники да удлинить просвещение не без; того места, сверху котором симпатия его бросила. Потому что-нибудь момент воспрещается создать, ее обманули. Время — вор, тот или другой крадет у нее жизнь, равным образом одинокий дорога обернуть пропажу — обморочить время.


Это был нормальный сутки (во всяком случае, ради Мишель). Суббота. Мишель поднялась на половине четвертого утра да была, как бы никогда, довольна своей стратегией. В холодильнике ждало беф-строганов из лазаньей, педантично закрытое провиантский пленкой, да симпатия испекла кофейный торт — любимое рахат-лукум Ширли, поелику что-то по части субботам монахиня почасту приезжала их навестить. Она прочитала три главы изо «Великобритании в обществе мировыми войнами» Моуэта да составила горизонтальная проекция ради сочинения по мнению «Королю Лиру». Девочка была накормлена, умыта равным образом наряжена во привлекательный комбинезончик с «ОшКоша», на бело-голубую полоску, подаренье Ширли. Она курлыкала самоё от из себя во манеже равно отнюдь не мешала Мишель умывать окна. Небо было синее, дул полный сил ветерок, а на огороде показались ростки, ажно кишнец проклюнулся.

Спустя какое-то миг возлюбленная взглянула в девочку равным образом увидела, аюшки? та спит во манеже, свернувшись гусеницей, равным образом Мишель подумала, в чем дело? требуется ухватиться передышкой равным образом закатиться вслед за географию, же на нынешний самый миг во хижина ввалился Кит вместе с охапкой дров равным образом из грохотом вывалил их у камина — равным образом девчура проснулась равным образом шелковица же, лже- черт-те где нажал нате кнопку, зашлась ревом, да Мишель равно как принялась шуметь равно кричала, портик промежду комнаты, потупив руки, нонче Кит далеко не влепил ей пощечину, которая обожгла ее, что клеймо.

У нее ранее саднило во горле ото крика, равно накатила слабость, симпатия еле-еле невыгодный падала да сейчас должна была бы — оттого что, что-что скрывать, они еще проходили безвыездно сие прежде (не считая пощечины) — разрыдаться, равным образом Кит обнял бы ее равным образом сказал: «Все хорошо, детка, совершенно хорошо», да возлюбленная порыдала бы, а затем успокоилась, да они с глазу возьми глаз баюкали бы девочку, доколе да та бы на свою черед невыгодный затихла.

Потом они растопили бы печка — сообразно вечерам когда-то прохладно, — да разогрели лазанью, равно устроились поудобнее, дабы поглядеть какую-нибудь ерунду для новом цветном телевизоре, купленном вместо старого черно-белого. Набив животы, они отправились бы на постелька да занялись бы сексом, чтоб совсем помириться, да хоть куда выспались бы, воеже подготовиться ко очередному дню пирушка а самой жизни, но, нет-нет да и Кит подошел, дабы прижать к сердцу ее, возлюбленная плюнула ему на лицо, аюшки? равным образом заранее отроду безграмотный бывало, а дальше выбежала держи улицу, схватила топор, вколотый на чурбак близко от козлами, равно вбежала назад во дом.


Было ахти холодно, пыл на камине что-то около равным образом отнюдь не развели. Мишель сидела возьми полу. Девочка спала, негромко, так понуро поикивая, лицо у нее был измученный, ее который раз оставили затрусить во слезах. В перси у Мишель рос бедственный ком, что как бы камень; ее подташнивало. Она ажно отнюдь не представляла, сколько не запрещается приблизительно плохо себя чувствовать. Она смотрела в Кита, да ей было увы его. Когда рубишь дровишки да поленья раскалываются с удара топора, пахнет согласен — Рождеством. Но в некоторых случаях ото удара раскололась голова, запахло скотобойней, равным образом каста воньца перебила фимиам сирени, которую симпатия срезала да поставила на воду сим утром, а сейчас во видоизмененный жизни.

Если бы возлюбленная могла задумать одно-единственное желание, коли бы на холодной гостиной маленького коттеджа появилась фея-крестная (которой во жизни Мишель ощутимо безвыгодный хватало) равно предложила ей все, который симпатия пожелает, — Мишель бы в точности знала, касательно нежели просить. Она бы вернулась на оный день, когда-никогда родилась, равно альфа и омега всё-таки заново.

Мишель раздумывала, малограмотный миг ли поставить ногу вместе с пола равно немножко прибраться, да симпатия где-то устала, что-нибудь решила попросту отсиживать равно ждать, в отдельных случаях приедет полиция. Теперь у нее было однако период сверху свете.

0

Джексон

Джексон включил радиопередача равно слушал ободряющий мольба Дженни Мюррей [7] во «Женском часе». Он прикурил новую сигарету ото окурка, поелику что такое? чиркалки кончились, и, оказавшись прежде выбором: одну после одной другими словами воздержание, выбрал первое, — сдавалось ему, во его жизни воздержания да приблизительно сильнее нежели достаточно. Если бы возлюбленный починил прикуриватель, безграмотный пришлось бы таким манером ухлопывать всю пачку, да во машине несть а нуждалось на починке, равным образом прикуриватель безграмотный был первым во списке. Джексон ездил для черном «Альфа-Ромео-156», симпатия купил его подержанным фошка годы отдавать ради тринадцать тысяч фунтов. Теперь сия механизм еле-еле ли стоила больше, нежели горноравнинный аквапед «эммель-фридом», каковой некто намедни подарил дочери получи ее восьмой сутки рождения (с условием, аюшки? симпатия малограмотный бросьте кататься согласно проезжей части, доколь ей малограмотный стукнет соответственно крайней мере сорок).

Когда возлюбленный вернулся до дому не без; «альфа-ромео», баба бросила получи и распишись его получение наплевательский зырк равным образом заявила: «Типичная полицейская тачка». Четыре возраст обратно Джози ездила получи и распишись собственном «поло» равно была замужем после Джексоном, а пока что возлюбленная жадюга со бородатым профессором английской филологии да водила его «Вольво-V70» вместе с наклейкой «Ребенок на машине» получи и распишись заднем стекле, которая свидетельствовала как бы что касается прочности их отношений, в такой мере равным образом по отношению желании сего самодовольного козла продемонстрировать окружающим, аюшки? дьявол заботится по отношению чужом ребенке. Джексон сии наклейки вытерпеть никак не мог.

Он в который раз закурил общем полгода назад. Джексон невыгодный прикасался ко сигаретам пятнадцать лет, да у него было такое чувство, будто бы дьявол вовеки неграмотный переставал курить. И целиком и полностью минус причины. «Да просто-напросто так», — сказал он, невыгодный чрезмерно находчиво изобразив во зеркале фирменную мину Томми Купера. [8] Конечно, сие было никак не «просто так», легко эдак нисколько неграмотный бывает.

Ей выгодно отличается поторопиться. Парадная дверца оставалась ультимативно закрыта. Дверь изо дешевого дерева, покрытая лаком, от окошком-веером надо притолокой, около георгианский стиль, точная двойник кто хочешь прочий двери во Черри-Хинтоне. Джексон был в силах бы выпереть ее одним пинком. Она опаздывала. В дни у нее вылет, равно не долго думая ей поуже следовало состоять в пути во аэропорт. Джексон приоткрыл окно, чтоб открыть доступ микроклимат равным образом опустить дым. Она все время опаздывала.

Разбавлять скуку от через напиток бодрости безграмотный годится, или что-нибудь в этом случае оправляться на бутылку, а сие неграмотный вариант. Теперь, потом развода, спирт был властен прилагать болтология чаятельно «ссать» равным образом «дерьмо» — азы лексикона, почитай уничтоженные Джози. Она была учительницей начальных классов равно большую деление рабочего дня перевоспитывала пятилетних мальчиков. А позднее приходила до хаты да делала в таком случае но самое не без; Джексоном («Ради бога, Джексон, кушать а пристойное речь — сюнька »), они сообща готовили пасту да зевали перед разную срань объединение телевизору. Ей хотелось, ради их дочурка Марли «использовала правильные анатомические названия половых органов». Джексон предпочел бы, чтоб Марли заключая отнюдь не знала относительно существовании половых органов, а неграмотный сообщала отцу, ась? возлюбленная «получилась», когда-когда дьявол «вставил близкий фаллос на мамочкино влагалище», — странное медицинское справочник стремительного потного акта, случившегося грубо во поле, возьми обочине шоссейная дорога А1066 в среде Тетфордом да Диссом, акробатического совокупления во его стареньком двухдверном «БМВ» (типичная полицейская тачка, возлюбленный бог до ней скучал, так точно упокоится симпатия от миром). В те период им могло нуждаться начать сексом идеже угодно; единственное, что-то выделяло оный быль с остальных, — где-то несвойственное Джози наплевательское аспект ко противозачаточным средствам.

Потом возлюбленная винила во последствиях (Марли) Джексона, мол, симпатия отнюдь не подготовился, однако Джексон считал Марли выигрышем на лотерею, ей-ей и, во конце концов, почему Джози ожидала, принявшись трепать объединение головке его — будем анатомически точны — пенис, рано или поздно дьявол всего-навсего хотел вытрясти душу до самого Дисса (цели праздник поездки хроника далеко не сохранила). Сам Джексон был зачат на отпуске во эрширском пансионе, ась? его благодетель денно и нощно находил уму непостижимо забавным.

Заныл уринозный малолеток — ни за что возлюбленный подумал ради кофе. Когда «Женский час» закончился, спирт поставил компакт со «Алабамской песней» Эллисон Мурер [9] — сия меланхоличная симфоджаз его успокаивала. Bonjour Tristesse . [10] Джексон брал уроки французского, предвкушая оный день, при случае распродаст все, что-то нажил, да уедет следовать границу, равным образом короче готовить то, почто как всегда делают люди, рано вышедшие получай пенсию. Гольф? Французы играют на гольф? Джексон неграмотный был в силах взять реванш ни одного французского игрока во гольф — благообразный знак, ибо что-то самолично некто безвыгодный выносил гольф. Ну, иначе полноте несложно выступать на boules [11] равным образом засмаливать одну вслед за другой. В курении французам вышел равных.

В Кембридже Джексон никогда в жизни безвыгодный чувствовал себя дома, и, разве полоз бери ведь пошло, симпатия вовеки малограмотный чувствовал себя в родных местах в юге Англии. Он приехал туда, не возбраняется сказать, случайно, последовав ради подружкой равным образом оставшись для жены. Много планирование дьявол подумывал об том, так чтобы перебраться навыворот в север, хотя знал, в чем дело? в жизнь не сего малограмотный сделает. Там его ноль без палочки невыгодный ждал, за исключением дурных воспоминаний да прошлого, которое спирт неграмотный сможет изменить, правда равным образом вообще, для чему всё-таки это, ежели сообразно другую сторону Ла-Манша простирается пятая республика — причудливым лоскутным одеялом с подсолнухов, равным образом виноградных лоз, равно маленьких кафе, идеже спирт был способным бы корпеть часы напролет, смакуя местное солнцедар да печальный эспрессо да куря «Житан», равным образом идеже произвольный бы говорил ему: « Bonjour , Джексон», лишь они произносили бы «Жаксун», да возлюбленный был бы счастлив. Сейчас но некто ощущал себя точный наоборот.

Конечно, такими темпами преждевременно ему держи пенсию безвыгодный выйти. Джексон помнил те времена, в отдельных случаях своевольно некто был подростком, а пенсионеры — стариками, ковылявшими в кругу своим огородом да уголком во пивной. Они казались ему весть старыми, хотя, наверное, им было всего только немногим больше, нежели ему сейчас. Джексону было сороковушка пять, так симпатия чувствовал себя только-только безграмотный на один вместе с половиной раза старше. Он вступил на оный угрожающий возраст, если сильный пол неожиданно сознают, зачем на конце концов непредотвратимо умрут да ни царапина отнюдь не могут не без; сим поделать, хотя сие неграмотный мешает им терзаться учинить даже что-нибудь — нудить все, сколько движется, иначе говоря развесить уши раннего Брюса Спрингстина [12] да подмазывать мотоциклы премиум-класса (обычно «БМВ-К-1200-LT», который куда повышало их преимущество встретиться умирание раньше). Были равным образом такие, кто такой застревал во колее привычного алкогольного отупения, — тракт во никуда для того среднего бета-самца (по которому отправился его отец). Но был равным образом путь, предпочтенный Джексоном, тот или другой вел для ежедневному дзену в французском домике из белыми оштукатуренными стенами, горшками не без; геранью бери подоконниках равным образом синей облупившейся дверью, в силу того что что-то кому, нечистый побери, вот французской глубинке питаться обязанности по свежего ремонта?

Он припарковался во тени, хотя солнцепек успело повыситься выше, да на машине становилось жарковато. Ее звали Никола Спенсер, ей было двадцать девять лет, да симпатия выжига на чистеньком кирпичном гетто. Для Джексона однако на флэту равным образом улицы на этом районе выглядели одинаково, равно ежели бы симпатия нате побудь здесь отвлекся, так оказался бы на Бермудском треугольнике как бы двум лекарство воды похожих кореш для друга открытых газонов. Джексон питал нездоровую антипатию для жилым комплексам. Отчасти сие было связано со его бывшей женой равно семейной жизнью. Это Джози хотела лачуга во новом квартале, симпатия одной с первых подала заявку для жилье во Кембурне, построенном во лучших диснеевских традициях «жилом массиве» на пригороде Кембриджа, вместе с площадкой чтобы крикета бери «традиционной» зеленой лужайке да от игровой зоной «в римской тематике». Это Джози заставила их переплыть во недавний дом, от случая к случаю переулок единаче была весь стройплощадкой, да настояла, воеже они обставили его практичной современной мебелью, Джози, которая отвергала сверхштатный викторианский стиль, которая считала благодать ковров равным образом штор «удушающим» да которая в настоящее время проживала из Дэвидом Ластингемом на настоящей лавке древностей — доме обыкновенный застройки викторианской эпохи, набитом антикварной мебелью, унаследованной им ото родителей, идеже каждая зеркало была устлана, задрапирована равно снабжена занавесочками. («Ты не вдаваясь в подробности уверена, что такое? спирт невыгодный гомик? — спросил Джексон у Джози, прямо с целью позлить. — Ради только святого, сей малец ходил на гостиная прелести получи маникюр». А симпатия рассмеялась: «Уж у него-то со мужским достоинством всё-таки во порядке, Джексон».)

Снова клевец разболелся. Сейчас Джексон виделся вместе с дантистом чаще, нежели вместе с женой на свежий время брака. Его врача звали Шерон, равным образом возлюбленная была, по мнению отцовскому выражению, «шикарно укомплектована». Ей было число шесть, симпатия ездила бери «BMB-Z3», который, соответственно мнению Джексона, скорешенько подошел бы парикмахерше, равным образом тем никак не не в таковой мере дьявол находил докторшу здорово равным образом весьма. К сожалению, неграмотный представлялось возможным взвинтить взаимоотношения от кем-то, кому нужны маска, защитные фары равно перчатки, ради для тебе прикоснуться. (Или который заглядывает тебе во зевало равным образом протягивает: «Курим, Джексон?»)

Он открыл старозаветный стриптиз «Le Nouvel Observateur» [13] равно попытался произносить — его руководитель французского утверждал, который приходится утопать нет слов французскую культуру, аж разве околесица во ней безвыгодный понимаешь. Джексон узнавал эдак соответственно слову держи строку да сызнова фигура сослагательного наклонения, шрапнелью разбросанные соответственно тексту, — ежели равным образом убирать бесполезная глагольная форма, приблизительно сие галльский субжонктив. Он сонно вел взглядом за странице. Большая делянка его теперешней жизни состояла с простого ожидания — занятия, которое спирт двадцать полет отдавать считал бесполезным, а неотложно находил едва приятным. Ничегониделанье куда как продуктивнее, нежели традиция считать. Нередко самые глубокие прозрения посещали его тогда, когда-когда возлюбленный казался ни капельки праздным. Ему невыгодный было скучно, спирт без труда уходил на никуда, на пространство. Иногда возлюбленный подумывал, что такое? невыгодный отчаливайте ускользнуть во монастырь, изо него получился бы безукоризненный аскет, затворник alias буддистский монах.

Однажды Джексон арестовал старика-ювелира, занимавшегося скупкой краденого. Когда некто явился после ним на его мастерскую, оный сидел во старинном кресле, курил трубку равным образом рассматривал клин камня сверху верстаке. Не сказав ни слова, симпатия взял кремень равным образом вложил во Джексонову ладонь, можно представить подарок. Это напомнило Джексону его учителя биологии, тот или иной давал ученику тот или иной предмет, птичье яичко тож басма дерева, да заставлял вызвездить об этом предмете, — такое вишь выучка наоборот. Камень оказался куском темного железняка да походил для окаменелую древесную кору, а на центре его виднелась стиснутая прослойка молочного опала, правильно туманная мара пр